А вскоре срочно куда-то уехал, несмотря на то, что раньше говорил о том, что ждет клиентов. И уехал демонстративно так, у всех на глазах, словно хотел показать, что все происходящее его не интересует. Что касается Ивана, то у меня все. Как ты понимаешь, в чем-то его подозревать мы пока что не можем. Нужно получше его проверить.

– И как?

– Я бы навестил его еще разок, Игорь. Но теперь уже с конкретной целью. Надавил бы слегка, чтобы он сказал, в какую сторону так спешно рванул с работы. Ну и попросил бы рассказать о Марине, а то что-то он ни слова о своих с ней отношениях не сказал.

Гойда плеснул в стакан минералку, но пить не стал. Так и остался сидеть со стаканом в руке.

– Думаешь, в багажнике могут быть отпечатки пальцев татуировщика?

– Для начала надо их у него взять. И у Марины тоже. А потом найти мотив убийства, но я его пока не вижу, – объяснил Гуров.

– У Марины отпечатки рук нужно взять само собой, «Тойота» ведь принадлежит ей, – согласился Гойда. – Эх, жаль, что Крячко уехал, а то бы вы сейчас навестили всех, кого нужно.

Лев выдохнул дым в окно, снова выставил наружу руку с сигаретой.

– Ты заранее-то не сожалей, – посоветовал Гуров. – Я и один справлюсь. А ты копайся дальше. И поторопи экспертов, время-то идет.

– Выше головы все равно не прыгнуть, а команду «Не спать!» мы все знаем. Ладно, Лев Иванович. Будут новости – сообщу, – решил Гойда и наконец вспомнил про нарзан.

Гуров подождал, пока его стакан опустеет, затушил сигарету, взял стул и придвинул его к столу. Гойда тут же подвинул в его сторону папку с материалами.

– Здесь все, что удалось собрать за последние дни, – сказал он. – Фото, заключения, протоколы… будешь смотреть?

– Обязательно, но после. Только вот моих протоколов здесь нет, ведь не с подозреваемыми беседовал. Опрашивал в свободной форме. Иначе бы не заговорили. А остальное я видел своими глазами. Так что без заключений судмедэкспертов никакого смысла заново пересматривать документы не вижу.

– Беседа – не допрос, – не стал возражать Гойда. – Нам главное результат, а то ведь и посадить некого."

"– Найдем и посадим, – заметил Гуров. – А предлагаю следующее. Я сейчас сгоняю к Ивану, а потом заскочу на Петровку, потому что Стас там один и, возможно, надо помочь ему. Там попробую проверить алиби отца Андрея Тихомирова. К вечеру, надеюсь, у тебя уже будут результаты дактилоскопии. Вот тогда и будем выстраивать стратегию. Я и сам пока не знаю, по какой причине несчастный компьютерщик оказался в багажнике машины, и понятия не имею, кому могла помешать Инга. У нас есть еще и тот, кто ее содержал, и мы о нем ничего не знаем.

– Потряси-ка ты этого кольщика, Лев Иваныч. Сдается мне, что он знает больше, чем все мы, вместе взятые, – сделал страдальческое лицо Гойда.

– Если разрешаешь, то я пошел.