– Связи между Домами? Звучит очень скучно. – Хэль хмыкнул. – Выходит, лорды и леди годами терпят друг друга, чтобы привести в Упорядоченное еще парочку маленьких лордов и леди, чтобы те тоже терпели?.. Проклятие, я бы предпочел повеситься.

Ромэйн тихо рассмеялась.

– Что? Люди пугают друг друга ужасами Фаты, но даже там все не настолько жестоко!

Не выдержав, Ромэйн расхохоталась. Еще несколько мгновений Хэль отчаянно пытался сохранить серьезность, но вскоре тоже рассмеялся и снова улегся на песок.

– У вас такая короткая жизнь, – посерьезнев, сказал он, – а вы тратите ее на такие глупости.

Вы приводите в этот мир детей, чтобы они убивали друг друга в бесконечных войнах, а в короткие перерывы между ними снова рожаете детей, чтобы они снова убивали друг друга.

– Разве не в этом суть круговорота жизни и смерти? – спросила Ромэйн.

Она легла рядом с Хэлем, подложила руку под голову и всмотрелась в его лицо.

– Круговорот жизни и смерти? Людям никогда не познать его, – отмахнулся он. – Демоны выходят из кровавого моря тел, живут до тех пор, пока кто-то более сильный не поглотит их, а после возвращаются в море тел – вот что такое круговорот жизни и смерти.

Люди же…

– Хочешь сказать, что демоны перерождаются? – Ромэйн удивленно уставилась на него.

– Конечно. Но таким, каков я сейчас, я не буду уже никогда. Халахэль умрет, но из его плоти появится кто-то другой.

Хэль повернулся на бок и теперь смотрел на нее в упор.

– Расскажи, – попросила Ромэйн, придвигаясь ближе.

– Знаешь, что поразило меня в людях, когда я только явился в Упорядоченное?

– М?

– Желание все записывать.

Ромэйн пихнула Халахэля в плечо, тот притворно охнул и улыбнулся.

– Демоны ничего не записывают. У нас нет летописей, нет истории, прошлого для нас не существует. Поэтому никто не знает, что такое кровавое море тел и откуда оно взялось. Точно известно лишь одно: мы все появляемся из него. Кроме мелких уродов вроде ламий – их порождает безразмерная утроба Эмпусы, – добавил он, скривившись.

– Как тело может появиться из моря? – спросила Ромэйн.

– Это не просто море, маленькая леди. Это море из крови и частей разных тел.

Непроизвольно сложив три пальца, Ромэйн приложила их ко лбу, прося защиты у Трех.

– Мое истинное тело, как и тела других демонов, было создано из кусков плоти, которые остались от моих предшественников. Вы носите ребенка в своем чреве довольно долго, но море вынашивает нас еще дольше. Кровь заставляет плоть срастаться, раны и шрамы исцеляются, а после волны выбрасывают новорожденного демона на берег, который называют Берегом Плача.

– Почему? – Ромэйн настолько увлек рассказ, что она затаила дыхание, чтобы не мешать Халахэлю вспоминать.

– Потому что у людей и демонов есть кое-что общее.