Она разъела ей глаза, обагрила шерсть. Значит, это сон! — решила собака. Только во сне с неба мог литься кровавый дождь.

И всё же… то, что происходило вокруг, казалось ей слишком реальным. Кровь ли это была или странная, зловонная вода, но она не мешала Грозе видеть. Видеть всё…

Вокруг неё бились насмерть собаки. Они дрались, кусались, царапались и рычали. Они метались в хаотичном безумии боя, прыгали, кружились, падали и валялись в грязи. А высоко над ними сражались Небесные псы. Мощные удары грома оглушали долгими раскатами, молнии белыми вспышками озаряли тёмное небо снова и снова…

Но даже хаос, шум и проливной дождь не могли притупить Грозе обоняние.

В сыром воздухе запах крови был густым и тяжёлым. Собака ощущала на губах и языке его противный, прогорклый привкус.

Счастливчик и Ужас схлестнулись в смертельной схватке. Они катались по скользкой земле, и челюсти золотистого пса рвали безумцу ухо. Там было и много других, знакомых Грозе собак. Ещё бы! Она слишком хорошо помнила mom бой — бой против стаи Ужаса. Он был реальным. И место, и схватка были реальными. И кровь тоже была настоящей…

Но почему он, этот бой, разразился опять? Почему Гроза увидела его снова?

И Марта, и Белла, и Луна — они все были в сердце хаоса.

Все они дрались с диким, почти безрассудным ожесточением.

Гроза различила Хромого — пёс рычал и набрасывался на собак своей бывшей стаи. Так было, когда он, наконец, восстал против тирании Ужаса.

Но остальные собаки оставались верными своему безумному вожаку — те собаки, которых Гроза сейчас полагала своими друзьями, атаковали её стаю. Там были Всплеск, Погоня и Ветерок; и сражались они в исступлении. Сбоку от себя Гроза разглядела Щётку и Шкирку, Шёпота и Лесника.

Их зубы лязгали и норовили покусать её сородичей.

Гроза ринулась прямо на Ужаса. Их челюсти сцепились не на жизнь, а на смерть. Безумные, желтовато-красные глаза Ужаса заглянули в глаза Грозы, но она не испугалась их блеска. Она кусала, ощущала, как её клыки вонзаются в чужую плоть, и рвала её, рвала, рвала, рвала…"

"А потом вдруг её хватка ослабла. Ужас упал, продолжая размахивать лапами, и испустил булькающий, агонизирующий вой. Его челюсть всё ещё болталась в зубах Грозы. Она выплюнула её и ощутила на языке кровь.

Вся её пасть была полна этой тёмной тягучей жидкости.

Но ведь так и должно было быть. Она ощущала этот гадкий привкус с самого начала. И он всегда предвещал один исход…

На земле, в липкой и вязкой грязи, изувеченный Ужас корчился и извивался в издыхании. Его морда была изуродована почти до неузнаваемости, из ран текла кровь. А вместе с ней вытекала из пса и жизнь. Но Гроза не почувствовала к нему жалости. Собака посмотрела на Ужаса и снова ощутила в пасти и ноздрях его кровь — его жизненную энергию.