В общем, камера, да?

Сворачиваю в сторону соседнего дома.

Давно ты Зольников по крышам да заборам к девчонкам не лазил?

Оо… так давно, что и забыл уже — было ли? В академии если только…

В доме, что прилегает к забору Муратова горит свет. Нажимаю на звонок. Выглядывает пожилая женщина.

— Здравствуйте. Майор Зольников, — открываю корочки. — У нас тут беглые рецидивисты в районе. Проверяем безопасность населения. Я вашу территорию осмотрю?

— Конечно… Заходите… — испуганно.

Замок на двери захлопывающийся.

— Вы лучше идите в дом для безопасности. Я проверю быстро и сам за собой закрою. Если вдруг появятся какие-то люди, сразу звоните в полицию. Никому не открывайте.

Провожаю хозяйку в дом. Слышу, как она замыкается. Оглядываюсь.

У забора, с нужной мне стороны, стоит бак.

Встав на железную трубу, подтягиваюсь, забираюсь наверх. Отряхиваю брюки. Заглядываю за забор. Фонарь освещает только крыльцо и гирлянды осенних цветов в вазонах.

Придерживаясь за столб, встаю на забор и спрыгиваю вниз.

Адреналин тут же подскакивает. Ну всё! Я, считай, на вражеской территории, причем стрелять имеют право без предупреждения.

Началась Троянская война!

Отдышавшись, протираю руками лицо. Оглядываю дом. Свет в открытом окне на первом этаже. Вот тебе и безопасность — хватай и выноси барышню. Но это мнимо. Попробуй вынести мимо камеры! А башку камере срубишь, тут же наряд через семь минут примчится.

Подхожу к двери. Плавно нажимаю на ручку. Открыто.

Захожу внутрь тихо прикрывая за собой дверь. В прихожей темно, из гостиной — свет… На стене висит три коллекционных сабли — одна под другой. Из любопытства машинально касаюсь одной. Она качается от касания. Легкая… Муляж. Не выношу муляжей в интерьере. Понты… Еще и дешевые.

Закрываю глаза, вдыхая воздух. Едва ощутимо в массе других запахов, я чувствую Настин парфюм. Маленький флакончик стоит на тумбе рядом с большим мужским. Поднимаю. Вдыхаю запах. Её, да… Разглядываю резной флакончик. Сжимаю в кулаке.

— …Да нашел он уже меня, Оль… — вдруг неожиданно проходит она, говоря по телефону, мимо прихожей по гостиной, метрах в 5 от меня, — этот майор. Не переживай… Нет… Я же тебе сказала… Ничем не грозит. Ни тебе, ни мне… — вздыхает. — Пока…

Скидывая вызов падает на кресло.

— Надеюсь, не грозит… — взбивает волосы.

Откидывает в сторону телефон, дотягивается до пачки сигарет, лежащей рядом с бокалом коньяка. Прикуривает трясущимися пальцами.

Поджимает ноги, обнимая себя за колени. И… я слышу, как она тихо рыдает. Бросает сигарету в пепельницу. Закрывает лицо руками и плачет навзрыд.

У меня внутри всё обрывается от этого. Я стою столбом, не смея выйти к ней. Но и остаться в тени и просто любоваться её душевной обнажёнкой — тоже не вариант.

Сглатываю ком в горле.