Ты не знал?

Я понимала его желание озаботиться моим целомудрием: целомудрием невесты, которую он, несмотря ни на что, хочет взять в жены. Его недоверие меня почти не обижало, я могла это понять.

В отличие от того, что он решил представить меня королю и сделать своей женой. Этого у меня понять не получалось, хоть я и решила просто… довериться. Наверное, я делала глупость.

Оливер поморщился, и я почти увидела, как дернулись отсутствующие у него в этой форме кончики ушей, а хвост метнулся вправо-влево. На несколько мгновений лицо его стало злым и недовольным. Я что-то сделала не так?

— Унни. — Он взял меня за руку и посмотрел в лицо, второй рукой погладил по щеке. — Клянусь всеми святыми, это самая странная помолвка, которую я только мог бы представить, но я хочу сделать ее такой, которой ты достойна. Как правило, платьями для невесты занимается ее родня, но ты сирота, а потому…

— У меня есть мачеха, — выпалила я. — Она замечательная и очень меня любит. И приемный отец у меня есть. Он староста деревни, где я выросла.

Оливер выглядел удивленным. Он смотрел на меня, а его рука с моей щеки соскользнула вниз, на мою шею, и погладила кончиками пальцев, как будто я была большой кошкой.

— Тогда я непременно хочу с ними познакомиться и попросить твоей руки, но сейчас не об этом. Я многого не знаю о том, как следует вести себя девушкам на балу, какие платья сейчас в моде и что делать с прической. Сам я не могу тебя сопровождать в салонах и в магазинах, научить всему, что нужно знать. Потому я нанял компаньонку. Она — твоя помощница, а не сторож. Считай, что ты ее наняла, а не я. Мне в голову не пришло бы за тобой следить.

— О.

Я не знала, что сказать, но еще больше удивилась, когда Оливер мягко коснулся моего лба губами. В этом поцелуе было столько спокойствия и нежности, что я растаяла.

Но разве наличие компаньонки убережет нас от нежелательных слухов? Пикси не спрячешь в кармане, сейчас о нас с Оливером всего лишь сплетничают адепты — вопрос времени, когда информация о нас просочится в высшие круги и станет настоящей проблемой, а не забавной сплетней с перчинкой.

Где гарантия, что сама компаньонка не сболтнет лишнего?

Меня могли исключить, а Оливера — лишить поста ректора. По его словам, только поддержка короля могла бы нам помочь.

Кивнув, я позволила Оливеру проводить меня в гостиную. Компаньонка, которую звали Аннет, оказалась молчаливой и, на первый взгляд, совершенно не заинтересованной ни в чем, кроме своей работы.

Она решительно вошла в ателье и проинструктировала явно заинтригованную портниху о том, какое платье нам нужно.