А заодно избавлюсь от Бориса Аркадьевича и спасу “Прометей”.

Выпровадив растерянную подружку, я быстро собрала вещи. Благо их мне нужно было совсем немного.

Спустя три часа, глядя из окна такси на мелькающий за стеклами город, я прижалась лбом к холодному стеклу. От утреннего солнца не осталось и следа. Над городом вновь стянулись плотные серые тучи, нависшие над головой. Терпеть не могу ноябрь…

И как же так вышло, что мне приходится убегать из родного дома? Соня права. Даже если это называется “рабочая командировка”, сейчас я именно бегу. Ненавижу это ощущение собственной беспомощности. Но я так устала за эти дни...

Самолет набрал высоту и лег на курс к Хельсинки. Несколько часов, и я буду в другой стране. В безопасности.

В бегах…

Черт! Я не сбегала даже в детстве, когда в школе меня травили за старое платье и заношенные до дыр ботинки. И всегда умела дать отпор обидчикам. Почему же я бегу сейчас?..

Потому что понятия не имею, что мне делать с той чертовщиной, что твориться в моей жизни.

Внезапно у меня перехватило в груди, будто натянулась невидимая веревка. Я заерзала в кресле, пытаясь избавиться от неприятного чувства, и поймала недовольный взгляд соседа. Ответила ему той же монетой и уткнулась в книгу, хотя даже не понимала, что читаю, пять раз пробегая взглядом один и тот же абзац. Странное ощущение исчезло так же внезапно, как появилось.

Кажется, я даже успела задремать, когда меня разбудил чей-то визг. Пассажиры, сидевшие у иллюминаторов, приникли к стеклам, что-то высматривая в облаках. Кто-то витиевато ругался по-французски, по крайней мере слово “dermo” звучало с явным прованским прононсом.

- Дракон!

- Че?

- … через плечо! Дракон - тебе говорю!

- Да где?

Неизвестному вопрошающему вновь ответили в рифму и уточнили:

- Только что тут был. Слева. Или птеродактиль какой.

- А может шар воздушный?

- На высоте десять тысяч метров? - возразил кто-то резонно.

Сердце застучало в адреналиновой гонке. Дракон?.. Какой еще дракон?.. Я перегнулась через соседа, пытаясь что-нибудь рассмотреть в плотных облаках. Сердце пропустило удар. Я тоже увидела нечто мелькнувшее в серой дымке. Крыло?.. Или мерещится?.. Но больше ничего не было. Люди постепенно успокоились и расселись обратно под окрики стюардов: “Просьба занять свои места!”

Почему же у меня такое нехорошее предчувствие?..

- Курица? Рыба? - раздалось над ухом.

- Да, спасибо.

Алюминиевый бокс легко прогнулся под пальцами. На автомате я засунула в карман джинс два пакетика с сахаром - давняя дурная привычка. Но не успела даже почувствовать на языке вкус рыбного стейка, как салон самолета заволокло тьмой.

Глава 2.