И даже на помощь позвать некого…

Шарики!

Вдруг меня осенило. Те самые стеклянные шарики, что когда-то дала мне Соня и которые я все еще таскала с собой. И сейчас они тоже были в левом кармане платья. Вот только в таком состоянии до них не добраться!..

Ох, если бы мне только удалось…

Пальцы все еще не слушались. Пробраться сквозь слой бесчисленных юбок и добраться до кармана мне не удалось несмотря на все старания. Спустя несколько попыток я сдалась и… принялась раскачиваться.

Что ж, если мелкая моторика мне недоступна - попробуем крупную! Теперь дело пошло веселее - я принялась раскачиваться сильнее, с замиранием сердца слушая, как шипение раздается уже в нескольких метрах от меня.

Где-то слева под платьем что-то тихо хрупнуло. Стеклянный хруст наполнил сердце удовлетворением и… ничего!

Я едва не взвыла: как же так?! Меня сейчас тут как библейских мучениц змеи загрызут, то есть закусают, а помощи не видать, как своих ушей!

Ну, Соня!..

Сухой треск раздался почти у самого уха и я кое-как сумела немного повернуть голову, с замиранием сердца, глядя прямо в немигающие глаза гремучей змеи.

Не успела я мысленно попрощаться со всеми мирами сразу и по-отдельности, как где-то в коридоре вновь раздался шум. Белоснежный с серебристой гривой единорог легко проломил копытами входную дверь комнаты, разнеся ее под доскам, и влетел в зал, под аккомпанемент злобного ржания.

Огромное величественное животное за секунду оказалось почти возле меня и принялось копытами топтать нападающих рептилий. Словно серебристая молния волшебная лошадь металась по залу. Наконец, тяжело дыша и медленно ступая, брезгливо выбирая свободные участки среди безжизненных змеиных тушек, единорог подошел ко мне.

Ох, черт! На деле все оказалось не так хорошо, как казалось со стороны.

Со свистом вырывалось тяжелое дыхание, у рта собралась пена с кровью. белоснежную кожу тут и там “украшали” кровавые укусы, которые наливались чернотой.

Единорог так же молча упал на колени, наклонил голову, протягивая ко мне серебристый рог. Он замерцал радугой, как тогда в лесу и… я выдохнула, наконец, освобождаясь от проклятья и возвращая контроль над телом.

Когда я поднялась на ноги, единорог уже исчез. Вместо сказочной лошадки на полу возле меня лежала Соня. Она казалась какой-то особенно маленькой и хрупкой. Посеревшее лицо, тяжелое дыхание, пальцы, которые впились в ворс ковра.

- Эй, Соня? - всполошилась я. - Ты как?"

"- Не фонтан, - глухо буркнула девушка, со свистом втянула воздух и сквозь сжатые зубы сказала. - Но не смертельно, выживу. А ты… Верни камень, Диана.