Как это было с ее предшественницей лет пять назад. И с первого дня Виолетта меня подсиживала. То я медленно товар отпускаю. То кассу закрыла позже, то раньше. То на перерыв часто бегаю.

— Значит так, Васильева, ты уволена. Собирай свои вещи и можешь идти домой.

— Как домой?

— Давай вали, сучка наглая! Думаешь никто не видел, как ты трусы на себя натягивала в отделе нижнего белья и прятала упаковки между ящичками?

— Это ложь! Я никогда такого не делала! По себе не судят!

— Заткнись! А то засудят тебя!

У меня все внутри похолодело. Они сговорились. Оба. Нарочно, чтоб не платить. Смотрит на меня тварь своими подведенными «аля Клеопатра» глазами и дергает гилоуроновыми губами.

— Я подожду. Ведь вечером зарплату должны дать.

— Какую зарплату воровке? Скажи спасибо, что я полицию не вызвал! Наглая дрянь!

— Я ничего не брала! Это ложь! Посмотрите в камеры!

Меня трясло от обиды и от ужаса, что мне не заплатят. Я же ради этих денег месяц пахала по четырнадцать часов. Дома с ног валилась. На ступни стать не могла зудели так, что выть хотелось. Как я вернусь ни с чем? Как? Мне надо за коммунальные сегодня заплатить, мне надо еду купить. Димке тоже уже месяц не платят на его фирме, в которую мы вложили кучу денег. Выплаты за ипотеку уже четыре месяца не вносили. Я хотела внести хоть какую-то часть уже завтра.

— Какие камеры? Совсем обнаглела! Тут никого не было кроме тебя.

— Вот ее сумка! — Виолетта поставила мою сумочку на стол хозяина магазина и ее тяжела большая грудь колыхнулась в вырезе блестящей кофты.

— Я уже заглянула — там в кармане полторы тысячи лежит!

— Ах ты ж гадина! Все видели? У нее в сумке деньги ворованные!

— Как…вы мне их подбросили. Как же так?

— А ну пошла вон отсюда! Вон пошла! Не то я сейчас полицию вызову и посажу тебя, дрянь! Охрана!

Борис Алексеевич схватил меня за локоть и потащил к двери.

— Не надо было ломаться и целку из себя корчить. Была б тебе и зарплата и все остальное. Ничего б не отвалилось от тебя. А так… вон пошла.

Меня вытолкали за дверь магазина под самый дождь, который стеной обрушился мне на голову. Я постучала в дверь магазина, пнула ее ногами, но мне никто не открыл, а наглый ублюдок показал свой сотовый.

Сволочи! Какие же твари! Я достала старенький сотовый с сумочки и набрала Диму. Длинные гудки — никто не отвечает. Наверное, занят, как всегда. И что мне теперь делать? Где деньги брать? Потрясла сумочку — только мелочь на автобус. И все! Все! Больше нет ничего!

Еще и коллекторы вчера звонили Дима сказал. Угрожали опять. Где только нашли новый номер телефона. Я шла по мокрому асфальту к остановке и изо всех сил держалась чтоб не расплакаться. Бросила взгляд на часы — через три минуты последний автобус.