Если бы не подруги, то проспала бы! Да и потом, под их неусыпным взором умывалась и приводила себя в порядок.

Боги, да я засыпала на ходу! И в таком интересном разговоре подруг, а они точно обсуждали любовную магию пока мы шли на завтрак, не участвовала. Шла за ними в полудрёме и чуть не попалась в руки коварного братца! Ух он у меня получит!

И ведь мельком же проходя отметила, что он с магистром Ноа разговаривает и нет же, чтобы и дальше с этим гадом общаться, меня окликнул.

А я, вот же лютик полевой да любвеобильный, лепестки раскрыла, замерев на месте и очнулась лишь тогда, когда Юрген был близок к цели, то есть ко мне… И так побежала, со всех ног, что чуть кубарем с лестницы не скатилась. Слава богам, отвели беду.

А ведь если не потороплюсь, снова с ним нос к носу столкнусь.

Я покачала головой и теперь шла торопливо, да под ноги себе поглядывала.

Когда вошла в столовую, рот сам наполнился слюной от аромата сдобы и ягод.

— Лесси, мы все тебе взяли! Не стой столбом в проходе, — весело окрикнула меня фея. — Иди скорей к нам!

Я улыбнулась и вздрогнула от ответной улыбки. Волной накатило воспоминание. Перед самым рассветом мне снилась Фрейя. Точно снилась, и улыбка у нее была страшная, омерзительная и ничего хорошего не сулящая! Я встряхнула головой, прогоняя дурные мысли.

— Что от тебя хотел магистр Онери? — когда я села за стол и схватилась за стакан сока, пить хотелось невероятно, спросила наша фея.

— Не знаю, его магистр Ноа отвлек. — и наконец пригубила напиток.

— Вот ведь мерзкий старикашка, вечно все портит, — фыркнула подруга. — Может, магистр Онери влюбился? Вы бы стали прекрасной парой.

Я закашлялась так, что сок полился носом. Вот и попила…

Ларрин споро протянула мне салфетки и осторожно похлопала ладонью по спине.

— И ничего он не мерзкий, и даже не старикашка, — выпалила она и покраснела.

— Ларрин, ты влюбилась?! — опешила наша фея, а я выдохнула, обсуждать брата в качестве моего поклонника я точно не хотела. — В магистра Ноа?

— Тихо ты, — шикнула на нее подруга.

На нас и правда начали оглядываться адепты.

— Жалко его, читали, что в «Шумном парке» пишут? — зашептала Ларрин. — И не такой он старый, говорят, драконы могут специально внешность менять, под любой возраст. К тому же, надо обладать мужеством, чтобы признать свою ошибку, особенно перед адепткой, которая сама виновата.

— Думаешь, он специально выбрал такой… — фея скривилась, — вид?"

"— Думаю, что в прошлом у него была несчастная любовь… Может его отвергли и потому он…

— Стал шовинистом?

— Д-да…

— Лесси, а ты что думаешь?

— Я?

Я оторвалась от каши с лесными ягодами, которую успела не просто попробовать, а практически доесть.

— Ничего не думаю, — вздохнула я и поморщилась от внезапной головной боли.