Подходит ближе, окидывая меня странным взглядом.

– Не бойся. Мы просто так не отдадим тебя. На растерзание. Пусть Давид сначала во всем разберется. А после будем решать.

– Спасибо, – киваю, чувствуя, как отлегает от сердца.

Хотя…

Как тут разобраться, если все выглядит против меня?

– Но ребенок родится. До этого времени ты однозначно под нашей охраной, Саида.

Глава 32

Давид

Едва успеваю заехать домой.

Нужно собрать людей. Отдать приказы.

Теперь это открытая война. С семьей Рамзановых.

Быть может, Омар оговорился. Я должен был дождаться результата анализов, а не действовать сгоряча, но…

Потом могло бы быть и поздно.

В любом случае, нужно быть готовым.

Отдаю приказы.

Стараюсь держать себя в кулаке.

Твою мать!

Все это время перед глазами Саида!

Она ждет ребенка! От кого? От своего любовника, с которым в номере встречалась? Ночь провела?

Рашида тоже пришлось отправить в подвал. Разберусь, куда он там Лилит возил! Какого хрена мой приказ не выполнил!

– Арман? Какого хрена? Бадрид? Роман?

Она наступают. Молча. С каменными лицами.

– Ты никуда не поедешь сейчас, Давид. Тебе нужно остыть.

Чеканит Бадрид, наступая вплотную.

– Что? Какого хрена вы вообще творите!

Блядь. Вот от братьев я вообще не ожидал! Эти трое просто тупо берут меня в кольцо!

– Ты не поедешь к Саиде. Для твоего блага. Чтобы не совершить непоправимого.

Красная пелена заливает глаза. Наконец. Наконец я могу дать выход той лютой ярости, которая меня раздирает изнутри!

Рука влетает сама. Первый удар летит Бадриду в челюсть…

А дальше…

Дальше я уже не замечаю, по ком ударяю. Не чувствую кулаков, которые прилетают в ответ.

Их трое. Но во мной столько ярости, что и на десятерых, на сотню хватит!

* * *

– Я задолбался с вами драться.

Мы все валяемся на полу. Мебель раскрошена в дерьмо. Из одежды на каждом из нас остались залитые кровью ошметки.

Блядь. Это бессмысленно. Никто не получает преимущества!

– Мы просто зря теряем время.

– Остыл?

Градов потирает сломанную челюсть. Но явно не спешит отступать.

– Сколько прошло времени?

– Дня два. Вашу мать. Два дня мы, на хрен, потеряли!

– Ну. Если кому надо добавить, то я только размялся. Разогрелся, так сказать, – ухмыляется Роман. Весело ему, походу. Со сломанной челюстью-то.

– Не потеряли.

Бадрид тяжело поднимается.

Открывает бар, вытаскивая виски. Пьет прямо с горла, успевая бросить мне бутылку. Прямо как наш Арман. Где его благородные манеры истинного аристократа?

– На лицо себе полей. Хотя… Тебя уже ничего не испортит.

Мрачно цежу.

Половина лица у Бадрида разбита. В хлам.

– Ладно, братья. Я успокоился. Саиду не трону. Пока разберусь с Рамзановым.

И, пожалуй, с Рашидом."

"Потираю ноющую челюсть. Мне и самому неслабо прилетело.

Но, кажется, этот ринг на месте кабинета, и правда слегка остудил мозги.

– Давид.