, кто такая Ирина Крылова, директор «Нординвеста»? — спросил он Рудика, который разделался с «диплодоком» и придвинул к себе вторую тарелку.

— Да никто, — Рудик пожал плечами, — подставное лицо, марионетка, точнее даже — безделушка, какие раньше ставили на комод. Марионетки хотя бы двигают ручками и ножками, а твоя Крылова просто занимает директорский кабинет, чтобы он не пустовал, и уклончиво отвечает на вопросы журналистов. И, кстати, наверняка получает за это довольно большие деньги. Настоящих владельцев фирмы она, возможно, даже никогда не видела.

— Подставное лицо! — задумчиво протянул Маркиз, а про себя подумал: ""За что же ее убили?

А ведь ее наверняка убили!""

На площадку для танцев тем временем вышел «пещерный медведь», то есть, конечно, человек, одетый в медвежью шкуру.

Он поднялся на задние лапы и, громко рыча, двинулся на обнаженную красотку. Та, изображая испуг, прыгала перед ним, предоставляя посетителям ресторана возможность рассмотреть свою фигуру."

"— С каменного века, собственно, ничего не изменилось, — изрек Рудик философскую сентенцию, — у кого самый большой топор — тому и Достаются самые сочные куски мяса и самые красивые женщины! Только сейчас роль каменного топора играют деньги…

* * *В театр Лола приехала почти впритык, разделась в гардеробе и попросила бинокль.

Ее место в партере было довольно далеко от нужной ложи номер три. Конечно, удобнее было бы пользоваться Лениным полевым «цейссовским» биноклем, но окружающие могут не правильно понять. В фойе Лола заметила, что мужчины обращают на нее внимание.

Это вызвало чувство удовлетворения, но она подумала, что было бы лучше выглядеть скромнее и незаметнее. В ее положении не стоит привлекать к себе лишнего внимания.

Если бы не загар, она и не подумала бы вырядиться так ярко!

Место ее оказалось возле прохода, и это было удачно. С другой стороны соседствовала немолодая семейная пара — муж, лысоватый и полноватый, а жена, наоборот, очень худая, плоская как доска. Она по-птичьи склоняла голову набок и по-птичьи вытягивала шею. Мужчина скучным взглядом окидывал зал и при виде Лолы очень оживился. Лола развернула программку и тоже стала рассматривать зал.

Публика была одета довольно скромно: ведь это Малый оперный, а не Мариинка, куда ходят всякие известные и богатые люди, билеты туда значительно дороже, а постановки значительно шикарнее.

Лола нашла глазами ложу бельэтажа под номером три. В глубине ее виднелось какое-то движение и тени, но никого не было видно.

Наконец погас свет и началась увертюра. Лола с удовольствием послушала бы музыку. Она, в отличие от Леньки, была творческой натурой и не чуралась искусства. Но она пришла в театр исключительно по делу, так что следовало сосредоточиться и не отвлекаться.