По крайней мере, я должен узнать все, что только возможно, об этой фирме «Нординвест».

Оставив Аскольда перед телевизором, Леня отправился в свою комнату. Он решил воспользоваться главным орудием своего труда — записной книжкой.

В этой книжке были зашифрованы только Лене известным способом имена и телефоны десятков людей, которые могли быть полезны в нелегком и опасном труде махинатора. Здесь были визажисты и ветеринары, программисты и нумизматы, искусствоведы и ювелиры, специалисты по подделке живописи и по изготовлению фальшивых документов.

Одним из этих телефонов Леня пользовался едва ли не чаще остальных.

Это был телефон Рудика Штейнмана, финансиста и экономического консультанта, человека, который как свои пять пальцев знал, кто есть кто в бизнесе и в коридорах власти.

В Лениной книжке Рудик фигурировал как «Роза Ш., студентка Финансово-экономического института». В действительности Рудик, при всем его несомненном экономическом таланте, учился в свое время в Политехническом, откуда вылетел с третьего курса за фарцовку. Позже, когда бывшие фарцовщики и спекулянты сделались директорами компаний и председателями правлений банков, Рудик так и остался на периферии бизнеса несмотря на свои незаурядные экономические способности.

Его подводил врожденный авантюризм и любовь к сомнительным и слишком рискованным операциям. Но как консультант, он был совершенно незаменим.

Маркиз набрал телефон старого знакомого.

— А, это ты! — прогудел в трубке вальяжный голос Рудика. — Ты откуда звонишь — из Майями или с Лазурного берега?

— Да я здесь, в Питере, и хочу пригласить тебя пообедать.

А-а! — Рудик коротко рассмеялся. — Значит, ты опять в деле? Слухи о том, что ты ушел на покой, оказались преувеличенными?

— Покой нам только снится, — ответил Леня, не вдаваясь в подробности, — выбирай ресторан.

— «Логово динозавра» на Садовой, — быстро ответил Рудик, — говорят, очень забавное местечко, а я еще там не был.

* * *Лола влетела оживленная и веселая. Руки ее были заняты двумя огромными пакетами из супермаркета.

— Привет, дорогой! — защебетала она. — Ты извини, конечно, но в доме абсолютно нет продуктов."

"И никаких моющих средств! И даже почти кончилась туалетная бумага! Я прихватила только самое необходимое, но завтра обязательно нужно съездить в супермаркет на машине! Кстати, ты решил вопрос с машиной? Нам же нужно транспортное средство…

— Разберемся, — рассеянно пообещал Маркиз.

Было видно, что голова его занята другим, и отвечает он Лоле совершенно машинально, как будто это не Лола, а какая-нибудь жена не первой молодости и далеко не первой свежести, осточертевшая ему до тошноты.

Когда Лола это осознала, в глазах ее появился очень нехороший блеск.