— Эта краска плохо отмывается, — пожаловался Леня через несколько минут, разглядывая свое лицо в карманное зеркальце, — настоящая кровь и то гораздо легче отходит…

— Ну и взял бы капсулу с настоящей кровью, — недовольно покосился на него водитель.

— Времени не было, — отмахнулся Маркиз, — ну, Ухо, ты просто виртуоз — так аккуратно впилился в этот «форд», просто ювелирная работа!

— А как же! — Ухо довольно улыбнулся. — В том, что касается машин, ты всегда можешь на меня положиться!

Маркиз достал мобильный телефон и набрал номер Кости Черного.

— Давай, Константин, действуй, — сказал он, — пока все идет по плану, только не тяни там, быстрее езжайте…

Костя в ответ хмыкнул, показав, что все понял.

— Высадите меня здесь, — попросил Маркиз, — я рядом оставил свою машину, ту самую, с секретом… А то на битой «скорой» разъезжать опасно, еще привяжутся гаишники.

Фургончик остановился, и Маркиз выбрался из него, надев поверх жилета длинный темно-зеленый плащ.

— Не нужно тебя проводить? — спросил Ухо. — Все-таки на тебе такие деньги, почти два миллиона баксов…

— Все нормально, — улыбнулся Маркиз, — но вот хотел бы я увидеть лицо Аллы, когда она откроет баул…

* * *В это время помятый «форд» подкатил к зданию бывшей детской спортивной школы.

Рыжий с Манюней миновали охрану и вошли в кабинет Аллы. Манюня бережно поставил баул на стол.

— А где Альберт? — спросила женщина. Лицо ее напряглось в ожидании неприятного известия.

— В аварию мы попали, — неохотно начал объяснения рыжий, — около Финляндского в нас «скорая» врезалась, мы с Манюней отделались испугом, а Альбертика твоего, похоже ,насмерть…

— Что значит — похоже? — скрипнув зубами, спросила Алла.

— Кровищи было — ужас! В ту же «скорую» его взяли, которая на нас налетела, сказали — в реанимацию, но вряд ли довезут… Перелом основания черепа и еще какие-то повреждения.., так что, считай, уже умер.

— Значит — жив! — прервала его Алла голосом, не предвещающим ничего хорошего. — А я вам, между прочим, приказала привезти его сюда… живым или мертвым!

— К нам менты шли, — начал оправдываться рыжий, — не убивать же санитаров у них на глазах… Кроме всего, у нас деньги большие были на руках, мы не могли рисковать, сама понимаешь…

Меня Евгений Иваныч всегда учил: если везешь деньги, никогда не встревай в разборку, держись тихо…

Алла подняла на рыжего настороженный взгляд.

Она прекрасно поняла его намек и предпочла не углубляться в опасную тему.

— Ладно, — проговорила она более спокойным голосом, — будем считать, что Альберт не доедет до реанимации. Главное — деньги.

Алла расстегнула застежки кожаного баула. Ее лицо залила мертвенная бледность, потом по этой гипсовой маске поползли красные пятна.