Парень разочарованно заскулил, но капитан, не обращая на него внимания, неспешно проверил комплектность «оружия», отщелкнул предохранитель и четко, как учили в армии, поднял руку вверх и спустил курок.

Жахнуло так, что космопорт и пол-леса накрыло белым куполом, по которому метнулось влево маленькое черное пятнышко.

– Улетела, – добросовестно доложил Дэн, когда все проморгались.

Космопорт вспыхнул огнями по верху забора, откуда-то сбоку выскочил сторож – без ушанки и двустволки, зато с мощным фонарем и станнером.

– Простите за беспокойство, – с непроницаемым лицом извинился капитан. – Показывал экипажу, как пользоваться ракетницей, а предохранитель оказался неисправен.

Сторож поворчал, обидно посоветовал Станиславу вначале самому подучить матчасть, но ушел, не выписав штраф. Огни остались гореть, а то мало ли что еще этот идиот решит в потемках испытывать.

Космолетчики с полчаса проторчали на трапе, но ничего интересного не выторчали. Тарелка удрала с концами. Похоже, на сей раз целью ее выходки было насмерть простудить команду.

– Все, хватит тут мерзнуть, возвращаемся на корабль, – распорядился Станислав, вдумчиво, как ценитель дорогую сигару, нюхая разящее гарью дуло ракетницы. – Маша, включи силовое поле!

– А вдруг она снова прилетит? – жалобно прощелкала зубами Полина.

– Когда прилетит, тогда и выйдем. – Капитан снял и набросил ей на плечи свой китель. – Хотя сомневаюсь. Они явно боятся нас больше, чем мы их.

– Но что-то же им от нас надо!

– По башке лопатой! – Тед смачно чихнул, потянул носом и как ни в чем не бывало обратился к капитану: – Станислав Федотович, можно я пойду прогуляюсь?

– Ты сегодня еще не нагулялся?! – опешил капитан.

– Да я недалеко, до ближайшего бара, – смущенно признался пилот. – Хочется расслабиться после такого паскудного денька.

Станислав неодобрительно кхекнул, но Тед продолжал смотреть на него с невиннейшим видом, не понимая, что тут крамольного. Причин задерживать пилота на корабле действительно не было, за что-то наказывать или припрягать к работе поздно, будет выглядеть как чистая капитанская вредность.

– Ладно, иди, – сдался Стас, хотя идея ему очень не нравилась. Капитан сомневался в ценности пилота для центаврианских опытов, тарелка сто раз могла его захватить, пока он одиноко торчал на открытом месте у мангала, да и город – не лесная глушь. Но береженого Бог бережет, а еще – корпус корабля и силовое поле. – Только смотри не увлекайся расслаблением, завтра, возможно, придется стартовать.

– Не-не-не! – просиял Теодор. – Пару кружечек – и все! К утру как стеклышко буду.

Пилот заскочил в корабль за курткой, остальные тоже потихоньку потянулись назад.