– Это полевой солитон, – сказал Ядогава, говоривший по-русски почти так же хорошо, как и на своём родном языке. – Внутри «оси» находится генератор, который и создаёт силовое поле в форме кокона.

– Что за поле? – заинтересовался слегка осоловевший Иван, устав напрягать зрение. – Радиационное? Датчики молчат.

– Не радиационное, не гравитационное и не электромагнитное. Это всё, что можно сказать.

– Я его вижу… боковым зрением.

– Вам кажется, что видите. Скорее всего, поле влияет на ход нервных процессов человека, на его психику, и ему начинает казаться, что он видит призрак. Кстати, я тоже ощущаю нечто подобное.

– Вы?! – не поверил Иван.

Японец с улыбкой:

– Я ведь тоже человек, накама[15].

«Голем» завис перед пустотой, таинственно сформированной в подобие веретена, содержащего «призрак оси», видимый только в том случае, если на него смотреть искоса.

– Может, это спин-торсионное поле?

– Не стоит гадать, Ваня-кун. По одному лишь эффекту невозможно определить остальные параметры явления. Поле явно силовое, поскольку легко инвертирует импульс движения, а спин-торсионные поля проявляются намного более специфическим образом.

– Тогда это сгусток тёмной материи. В Змееносце, в системе Глаза Гефеста, мы столкнулись именно со скоплением тёмной антиматерии.

– Берусь утверждать, что в данном случае речь не идёт ни о тёмной материи, ни о тёмной энергии. Это какой-то новый для нас вид поля.

– Почему оно отталкивает дроны и захватило катер?

– Не захватило, не стоит придавать физическому принципу человеческие категории. Надо думать, почему кокон пропустил катер внутрь «оси».

– Может быть, потому что внутри был человек?

Ядогава помолчал.

– Извините за детскую фантазию, – смутился Иван.

– Знаете, молодой человек, детские фантазии нередко отражают истинное положение вещей. Очень даже может быть, что кокон – это мембрана, пропускающая только объекты с ментальной сферой.

– Какой сферой?

– Мыслящие. То есть не объекты, а субъекты.

– Значит, и нас она может пропустить?

– Такая вероятность не исключена.

Думал Иван недолго.

– А давайте попробуем?!

Ядогава недоверчиво посмотрел на пилота; в кабине «голема» они сидели в «кокосах», как называли космолётчики защитные компенсационные костюмы, но с откинутыми шлемами, и могли видеть друг друга.

– Неожиданное предложение… после того как исчез Филипп.

– У него отменная машина, у нас тоже.

– Но мы совершенно не представляем, что произошло.

– Будем сидеть на месте, никогда и не узнаем. Другого способа всё равно нет. Или вы боитесь?

– Я боюсь, что капитан не позволит вам рисковать.

– Это риск не ради риска, а ради спасения человека.

– Меня не надо уговаривать, я с вами. Но всё же поговорите с капитаном.

Иван с трудом унял вспыхнувшее раздражение.