Вы хорошо знаете Шнайдера?

Посохин выпятил губы, помолчал.

– Он классный техник… пять экспедиций за плечами… отзывы положительные, хотя ходят слухи, что характер у него вздорный, вспыльчивый. Его кандидатуру предложила госпожа Клод-Сантуш, они вместе работали. Ума не приложу, что на него нашло.

Бугров промолчал, так как догадывался, по какой причине Шнайдер сорвался с тормозов.

– Что он может предпринять?

– Совершенно не представляю, – признался Посохин. – Что вообще можно сделать в его положении? Разве что выпустить пар, мотаясь по океану, и вернуться.

– Он не рискнёт опуститься к Вестнику?

– Зачем? Курт не контактер и не ксенопсихолог, и как решается проблема контакта, не знает. Повторяю, проконсультируйтесь с Елизаветой, она знает Курта намного лучше.

– Благодарю. – Бугров переключил персональные линии, соединился с каютой ксенопсихолога.

Елизавета отозвалась после паузы, виом связи был тёмен секунд десять. Когда он загорелся, за спиной появившейся в фокусе камеры женщины закрылась дверь каюты. Она, очевидно, принимала гостя и выпустила его за мгновение до связи.

– Слушаю вас, Виталий Семёнович.

Бугров попытался мысленно определить, кто был в каюте, подумал о Посохине и сказал:

– На что может пойти Курт Шнайдер, как вы думаете?

Елизавета отвела глаза. Она была расстроена и не скрывала этого.

– Я виновата…

– Конкретно, пожалуйста.

– Он… влюблён в меня.

– Я заметил.

– Но я никогда не давала повода к… близким отношениям.

– Дальше.

Она вскинула глаза, встретила взгляд Бугрова, и лицо женщины стало каменным. Сдерживать эмоции она умела.

– Курт приревновал Ивана… оператора Ломакина. Я виновата в том, что при нём вела себя несдержанно.

– Я задал конкретный вопрос.

– Курт – великолепный специалист, нет технических средств, управлять которыми он не смог бы. А ещё он мастер рукопашного боя, чемпион боёв без правил…

– Короче.

– Короче, он в юности получил психическую травму, и… он способен на всё.

– И, зная эти обстоятельства, вы всё равно рекомендовали его начальнику экспедиции? Что за травма?

– Подробностей не знаю, какая-то любовная история, победил соперник, и Курт попал в больницу. Но это не помешало ему впоследствии стать профессионалом в разных сферах социума.

– Жаль.

– Что жаль?

– Что я лично не проверил вашу группу на психологическую совместимость и состоятельность, поверил Вересову. А он, похоже, поверил вам.

Глаза женщины стали чёрными, в них всплыла колючая враждебность… и утонула, сменяясь печалью.

– Простите…

– Я вас не осуждаю, я виноват больше. Будем надеяться, наши парни вернут заблудшую овцу.

Елизавета горько усмехнулась.

– Скорее уж барана.

– Тем более. – Бугров выключил линию.