Впалую старческую грудь помимо форменной серой майки крест-накрест обтягивали две пупырчатые ленты термовзрывчатки. От лазерного луча она сдетонировала бы так, что Станислава с командой, пожалуй, еще опознали бы, а вот деда вряд ли.

– Так что бросайте оружие, сымайте скафандры, – торжествующе продолжил старик, видя произведенный его стриптизом эффект, – и валите на свою жестянку, покуда я добрый!

– Ничего себе добрый, – возмутился Тед, – там же мороз за сотню!

– Значит, быстро бежать будете, – премерзко захихикал дед, поводя плечами, чтобы помочь автоматической застежке поскорее сползтись обратно.

– Во-первых, ничего мы тебе не строим! А во-вторых, никакие мы не…

– Ладно, человек, ты нас раскусил, – устало сказал Станислав, роняя бластер и невысоко, но красноречиво поднимая руки. – Мы действительно космические мозгоеды.

– Ага! – пуще прежнего возликовал дед, поудобнее перехватывая винтовку, но не спеша палить веером: для парничка в ледяной пустыне это могло обернуться трагедией.

– И мы прилетели сюда, – монотонным голосом инопланетного паразита продолжал капитан, – чтобы забрать своего собрата, уже тридцать лет томящегося на этой отсталой неприветливой планете.

Такого оборота дед явно не ожидал. Он попятился и ошалело покосился на залегшую в помидорах парочку.

– Слушай его, носитель! – мстительно подтвердил Теодор. – В нем сидит наш вождь.

– И где ж этот ваш собрат прячется? – нервно заозирался дед. – Тута других людей нету!

– В тебе, – так убежденно сказал капитан, что даже пилоту стало жутковато. – Отдай его нам, и мы оставим тебя в покое.

– Врешь, – неуверенно возразил дед, поспешно ощупывая голову левой рукой и тут же возвращая ладонь на приклад, – я бы почувствовал!

– Ты недооцениваешь нашу древнюю и могучую расу, – неожиданно поддержал капитана и Дэн. Уж ему-то измененный, пониженный и однозначно «нечеловеческий» тембр голоса дался без всяких усилий, вздрогнул не только дед. – Она способна незаметно паразитировать даже на киборгах.

Теодор уткнулся лицом в подвернутую руку, одновременно изображая почтение перед «вождем» и затыкая рот рукавом, чтобы не расхохотаться.

– Докажите! – дрожащим фальцетом потребовал дед.

– Бессонница, утренняя сухость во рту, ломота в суставах к дождю – мы сырость не любим, – принялся бесстрастно перечислять «симптомы заражения» Станислав. – Иногда ты даже можешь слышать его голос, дающий тебе ценные советы.

Судя по обескураженно вытянувшемуся лицу деда, голоса он слышал регулярно.

– А я-то, старый дурак, думал, что потихоньку с катушек съезжать начинаю! – пробормотал он, глубоко ковыряя пальцем в ухе.