Постепенно, очень медленно, но в болезни наметился перелом: температура упала, уходила слабость. И наступил день, когда визирь смог присесть в постели.

Радости родственников не было границ. В честь этого события закатили пир, правда – в узком семейном кругу. А круг этот был не мал – многочисленные жёны, дети, внуки, братья и прочий люд. По мусульманским обычаям, мужчины и женщины праздновали в разных залах.

Когда меня торжественно ввели в зал для мужчин, я изумился – да их тут человек двести. Ничего себе – «узкий» семейный круг!

Пили кумыс, ели жареную и варёную баранину с горячими лепёшками, а уж разной выпечки было – горы! Особенно мне пришлись по вкусу варённые в масле шарики из теста с мёдом.

Пир закончился внезапно. Все ушли совершать намаз.

Я же побрёл в выделенную мне комнату – по соседству со спальней визиря.

Через неделю визирь уже ходил, придерживаясь рукой за послеоперационную рану. От сердца отлегло, а ведь всё могло закончиться плачевно!

В один из дней, ближе к вечеру, в дверь выделенной мне комнаты постучали. Извинившись, что нарушает покой, вошёл слуга.

– Уважаемый лекарь, – учтиво начал он, – с тобой просит встречи известный тебе Ахмед. Визирь знает, и послал меня сообщить о своём разрешении. Ахмед – во дворе, у фонтана.

Срочных дел у меня не было, и я пошёл во двор в сопровождении одного из стражей, всюду следовавшего за мной.

В самом деле, здесь меня с нетерпением ждал знакомый татарин. Отвесив поклон, он спросил о здоровье визиря, тревожно глядя на меня. Услышав мой обнадёживающий ответ, успокоился. Видно, и Ахмед пребывал в большом напряжении, опасаясь за свою голову – ведь это он советовал мурзе обратиться к русскому лекарю.

– Как тебе понравилась Казань? – спросил Ахмед.

– Да я из дворца и не выхожу, вот только раз пришлось выехать с воинами – травы искать лечебные в лесу. Едва не погибли тогда все.

Ахмед оживился.

– Да, нехорошие люди есть ещё. А всё шайтан – много в этих местах зла было.

Мы помолчали. Вдруг Ахмед повернулся ко мне и спросил:

– А хочет Юрий услышать предание о Змеиной горе?

Мне стало интересно, и я кивнул.

Мы пошли по саду, стараясь не замечать стража за спиной.

– Нигде во всей земле нет места более прекрасного! – с восхищением воскликнул татарин. – Но старые люди говорят – так было не всегда! Когда ты был за городом, не мог не видеть высокую гору, – посмотрел он на меня.

Я припоминал: вокруг Казани много холмов, и сам древний город стоит на холме, на крутом берегу Волги. А рядом действительно высилась большая тёмная гора.

– Когда хан Газан строил крепость, народ боялся жить здесь, шибко боялся! В этих местах было много змей, настоящих драконов, толстых как брёвна! В этих горах было много крылатых драконов.