И, надеюсь, мне и правда удастся стать тебе матерью.

Отчего-то мальчик от моих слов насупился и буркнул в ответ что-то, что должно было означать приветствие. Неловкую паузу прервал Дима.

— Ну что ж, Дусенька, отдыхай. А мы будем ждать тебя внизу к обеду. Он уже скоро.

В этот момент в открытых дверях комнаты появилась статная дородная дама.

— Ох, Петруша! Ну что же ты опять убежал? Добрый день, Дима. А вы, должно быть, его новая жена.

И это «новая жена» было сказано как «очередная». Неприятно, знаете ли, хотя вроде и говорила она с улыбкой и доброжелательным выражением лица. В общем, придраться было не к чему, но настроение очередной раз ухнуло вниз.

— Да, тетушка, позвольте вам представить: Евдокия Поликарповна Заславская, моя жена. Дусенька, а это моя тетушка Леокадия Львовна Проскурина. Она помогает мне присматривать за Петрушей и вести домашние дела.

«Вот это я попала! А у этого дома уже есть негласная хозяйка… И как прикажете нам уживаться?» — пронеслись в голове безрадостные мысли. Но я изобразила самую приятную из своих улыбок — во дворце еще и не тому научишься — и произнесла:

— Рада с вами познакомиться.

— А уж как я рада! — тут же отозвалась тетушка, расплываясь в такой сладкой улыбке, что я побоялась, что ее вот-вот перекосит.

— Тетушка, мы с Петрушей собирались оставить Евдокию немного отдохнуть.

— Ах, конечно-конечно! Подойдемте! Буду рада с вами пообщаться позже, — попрощалась она и, словно корабль, выплыла прочь, и за ней последовали все, кроме Марфы.

Как только они покинули комнату, я выдохнула и, присев в ближайшее кресло, прикрыла глаза, собираясь с мыслями.

— Госпожа, — отвлекла меня от безрадостных размышлений Марфа, — все ваши вещи я уже развесила и приготовила к обеду платье.

— Отлично. Спасибо.

— А какая у вас комната красивая! Да и сам дом! Не хуже, чем у вашего папеньки!..

Она продолжала что-то щебетать, а я, наконец, огляделась.

Комната и правда была большой и светлой, но розовые шелковые обои — не мое. Они явно остались от прежней хозяйки апартаментов. И знаете, это меня почему-то задело. Я, конечно, понимаю, что готовить комнату специально под меня у Димы не было времени. Обычно свадьбы назначаются не раньше, чем через полгода после помолвки, и тогда бы он позаботился о такой мелочи, но вот именно сейчас это раздражало. Не то чтобы мне не нравилось быть второй… Да, черт возьми, мне действительно не нравилось быть второй! А тут еще эта тетушка! Как-то не так я себе представляла начало своей замужней жизни… Но это ведь сугубо мои внутренние проблемы. И их нужно как-то переварить и решить, не вываливая на ни в чем не повинного мужа. Знала же за кого выхожу замуж!

К обеду я немного успокоилась и привела мысли в порядок. Дима лично за мной зашел.