— А ведь я думал про китайский рынок, думал… — выдал он откровенно, — Но как туда зайти? Другая культура, другой менталитет…

— Как раз сейчас в Китае в моде все русское, — пояснил я, — Особенно сейчас, когда они закусились с американцами, и все идет к войне за Тайвань. У них на подкорке записано, что вместе с русскими они сила. Так что если заходить на китайский рынок, то сейчас самое время.

— Так, — решился Веточкин, — Оставьте ваш номер. Поговорю с ребятами. Уж извините, единолично решать не буду. Если ребятам идея понравится, завтра с вами свяжусь. Идет?

— Идёт, — обрадовалась Катя и достала из кармашка визитку.

— Тогда до созвона, — забрав визитку, Веточкин ушел, оставив нас вдвоем.

Капучино в этой кофейне в самом деле оказался бесподобен. Мы с Катей смаковали напиток. Вдвойне приятно было от того, что Веточкина почти удалось уговорить.

— Макс, откуда ты знаешь, что этот Ли Ши из госкорпорации? Он вроде этого не говорил.

— Да я и не знал. Так, приплел для солидности… да не парься, Кать. У них там бизнес плотно связан с государством. В любом случае я не сильно приврал.

— Вообще-то да, — Катя сразу согласилась, потому что очень хотела, чтобы так и было на самом деле, — У него значок на пиджаке был с китайским флагом. Не просто так, ведь да?

— Вот и я о том же.

— Макс, ты крут. Ведь как-то подобрал правильные слова. Вон как Веточкин загорелся.

— На то он и Веточкин, — ответил я со скромной рассудительностью, — Ему гореть по фамилии положено. Надо было только правильно промотивировать.

Веточкин не стал дожидаться следующего дня. Отзвонился, когда мы с Катей ехали обратно в здание Сансита. Гонорар за одну песню он, правда, запросил не самый скромный. Кате пришлось созваниваться с китайским товарищем и согласовывать сумму. Но китайский товарищ не подвел и с легкостью распахнул толстый китайский кошелек.

Остаток рабочего дня мы провели в офисе. Катя согласовывала условия контракта, время и продолжительность выступления и прочие технические детали.

Глава 5

Когда мы вечером сели в тачку, чтобы ехать домой, на Катю снова накатил груз инквизиторской угрозы. Она заметно погрустнела, хотя вида старалась не показывать.

— Макс, ты не представляешь, насколько я боюсь возвращаться в свой мир, — все же призналась она, когда я задал прямой вопрос.

— У тебя там тоже Россия? — спросил я, хотя догадывался, что она ответит утвердительно.

— Угу. Только там у нас монархия и рулят магические кланы.

— Понятно, у нас тоже самое… слушай, вдруг мы с тобой из одного и того же мира. У вас кто император?

— Николай Петрович Романов.

— Жаль, не тот. В моем мире Петр Алексеевич и, насколько я знаю, он бездетный.

По пути заехали в супермаркет, где я закупился продуктами. Чай, кофе, сахар, соль, хлеб, яйца, колбаса. Ну и пельменей две пачки.