— Ваше сиятельство, с вами все в порядке? Что у вас происходит? У меня мороз по коже пошёл так, как будто у вас бездна разверзлась здесь! Как будто вас здесь убивают. На стук вы не реагировали, поэтому я позволил себе ворваться.

Я же, прервав концентрацию, заметил, как дым моментально рассеялся, а остатки его втянулись туда же, откуда вышли, в район солнечного сплетения. При этом я чувствовал себя настолько ослабленным, настолько измученным и опустошённым, что именно сейчас мне бы не помешало несколько часов поспать перед выходом в высший свет.

Тело стало ватным, в глазах потемнело. Казалось, будто из меня выкачали всю жизненную силу.

— Который… час? — с трудом выдавил я, чувствуя, как язык заплетается.

— Полчаса до начала приготовлений к выходу, — ответил камердинер, всё ещё с опаской озираясь по сторонам. Его пальцы нервно теребили пуговицу сюртука.

Я сделал над собой усилие и поднялся, но ноги тут же подкосились. Пришлось опереться на спинку кресла.

— Разбудите… через полчаса… даже если я буду выглядеть мёртвым, — пробормотал я, с трудом передвигая ногами по направлению к кровати.

Константин Платонович кивнул, но в его глазах читалось явное неодобрение.

— Ваше сиятельство, простите за дерзость, но такие эксперименты… Может, стоит найти наставника? Или хотя бы лекаря под рукой иметь?"

"— Как только найду наставника в этом направлении, так сразу же, — улыбнулся я устало, медленно вставая с пола и переползая на кровать. Полчаса сна — это гораздо лучше, чем ничего.

Практически проваливаясь в сон, я вспомнил о том, что последним этапом тренировки были обозначены базовая защита и очищение от остатков негатива.

В учебнике говорилось, что именно они продолжают подтачивать мага изнутри, вместе с тем истончая и личную защиту его разума. Поэтому, как бы мне не хотелось спать, я все-таки улёгся и представил, как моё тело окутывается неким светом, который смывает остатки тёмных клуб дыма, удаляя негатив и страх. Правда, в книге советовали это делать серебристым цветом либо чем-то подобным, я у себя не увидел ничего похожей цветовой гаммы, но все равно чувствовал тёплые волны, окутывающие моё тело не хуже мягчайший перины. Тело расслаблялось, исчезли покалывания в груди. Веки мои сомкнулись, я провалился в сон.

* * *А тем временем Андрей Алексеевич направлялся на беседу с матерью. Пока княгиня Эстерхази с дочерями занимались приготовлениями к вечернему выходу в свет, у него скопилось несколько важных вопросов, требовавших немедленного обсуждения. Его шаги мерно отдавались в пустынных коридорах дворца, а пальцы нервно перебирали золотой перстень с фамильным гербом.