Женщина пообещала, что он послужит нуждающимся семьям, и Рэйвен решила поверить ей, и потом она заполнила их полки продуктами, пообещав продолжать в том же духе.

Мы сидели сложа руки и наблюдали, как на стоянке трейлеров устанавливают фонарные столбы, затем тестируют качели на новой игровой площадке, которые она сама выбирала, дети из парка были рядом с нами.

После этого я повез ее на пляж.

Она никогда там не была, и, хотя погода становилась теплее, уговорить ее уехать было трудно, ведь мы скучали по Ройсу и Кэптену, и я знал, что она хочет увидеть Викторию.

Расставаться подобным образом нам не нравилось, и единственная причина, по которой мы все на это согласились, – мы обещали сохранить нашу традицию. Так что каждый вечер, когда мы вчетвером были не вместе, где бы мы ни находились, мы на час выходили в Скайп и ужинали. Это помогло, но мы уже были готовы вернуться домой, а они устали от нашего отсутствия.

И наш город был готов принять нас.

Донли ушел, им занимаются члены совета – на следующем собрании я обязательно выясню, что это значит, – и все ждут, когда новые городские лидеры займут свои места.

Рэйвен садится на сиденье в машине, отпуская мою руку, когда мы подъезжаем к остановке перед домом Брейшо.

Ее лицо разглаживается, глаза широко распахиваются.

– Цветы, – шепчет она.

– Что?

– Он тебе сказал? – спрашивает она.

Мои брови сходятся.

– Сказал мне что, детка?

Она толкает свою дверцу, выходит из внедорожника. Медленно идет к ним, а затем ее взгляд скользит вправо, и я тоже туда смотрю.

Игровая площадка.

– Она здесь, – шепчет Рэйвен и прерывисто смеется.

Ее глаза устремляются на меня, но затем внезапно дверь распахивается, и Ройс выбегает наружу.

Без предупреждения он поднимает ее, кружит, и она смеется, обнимая его в ответ.

– Йоу, – кричу я с улыбкой, направляясь к ним. – Полегче с грузом.

Ройс отступает назад, его глаза расширяются, когда они падают на ее крошечный живот. Это едва ли можно назвать животом, скорее небольшой бугорок, но в ее фигуре это заметная перемена.

– Тебя не было всего месяц.

– Очевидно, ты начинаешь расти на четвертый месяц. Мэддоку придется нести меня в летнюю школу на руках к концу года.

Ройс смеется, затем подходит ко мне, чтобы обнять.

– Есть шанс, что ты расскажешь нам, почему ты свалил из города?

– Я же говорил тебе. Мне нужно было разбить сердца, я должен был поквитаться. Пришлось привести кое-что в движение.

Он ухмыляется, поднимая брови.

– Кроме того, меня не было всего неделю. Какой ущерб я мог нанести?

Я ухмыляюсь, качая головой, когда он быстро возвращается к двери.

– Верно.

Ройс широко улыбается.

– Давайте же.

С напряженными глазами мы следуем за ним.

Рэйвен с каждым шагом становится все более встревоженной, и мои мышцы начинают сжиматься.