Взбудораженные, разгоряченные боем драконы окружили Мастера и Владыку и внимательно слушали разбор драки, Чет объяснял, показывал, повторял движения, Нории внимал рассеянно. Провел большим пальцем по щеке, залечивая порез, слизнул кровь, принял от подошедшего слуги тяжелый кувшин с водой, чуть отошел, чтобы не забрызгать гостей, и стал обливаться. Хороший сегодня день.

Ангелина Рудлог сбежала. Сбежала!

Все это было для нее слишком. Невыносимо. Проклятый дракон, проклятая страна и вся эта чрезмерность вокруг лишают ее разума.

Но как можно справиться со столь неумолимым торжеством чувств, с увиденной ею гармонией контрастов? Оглушающая тишина и пронзительная, вибрирующая песня стали, резкий запах мужского азарта и нежный, горьковатый — цветов, жаркое солнце и сверкающая прохладная водяная пыль, опасность и смертоносная красота, взгляд полыхающих жизнью зеленых глаз, от которого перехватывает дыхание — и приходит понимание, что все это время ты и не дышала.

Изнутри тяжелыми волнами накатывала паника, грозя захлестнуть с головой и сломать едва удерживаемые стены самообладания.

Она ворвалась в свои покои, напугав служанок, ушла в спальню, сбросила туфли, вытащила мешающий гребень из волос — ненавидя проникающую в помещение жару, не дающую остыть, успокоиться.

Скинула платье и нагишом прошла в темную, пахнущую влагой и травами купальню, расколотила в раздражении горшочек с мылом, швырнув его в зеркало — чтобы не видеть растерянность и беспомощность на своем лице.

Боги, как же хочется домой, в порядок и прохладу, туда, где все понятно и где она все способна превозмочь. Где она точно знает, кто она, и нет силы, могущей заставить ее изменить себе, опуститься до состояния полуразумной дурочки, которой можно манипулировать.

Как же стыдно.

По зеркалу ломаной паутиной бежали трещины, и принцесса прижалась лбом к прохладному стеклу — потому что искала точку опоры внутри себя и не находила более. Стояла долго, затем выдохнула и пошла наружу — плавать. Дела подождут, пока она будет возвращать себе привычный и упорядоченный мир."

"— Я, похоже, пропустил забаву, брат? — Энтери, только вышедший во двор, с недоумением осматривался — к собравшимся у фонтана мужчинам подходили драконицы, им тоже было интересно, и участвовавшие в боях расступались, уступая место.

Слуги быстро выставляли на широкий бортик фонтана напитки, свежие лепешки с теплым хлебным запахом, холодное мясо, зелень — видимо, Зафир распорядился, чтобы господа могли подкрепиться. Кто-то из драконов налил из кувшина в высокий стакан лимонад, подал его Чету — а Мастер все говорил, забыв про текущую по плечу кровь.

— Четери горячил кровь, — усмехнулся Владыка, — напомнил мужчинам, что вода, если ее не греть, превращается в лед.