Мы растили ее, но Виернарон брал себе других девиц.

— И они умирали, — тихо выдохнула я, — вы все знали и молчали. Неужели… Неужели вам не было их жаль?

— Думаю, они были такими же подменышами, — коротко произнес господин Орвалон.

— Но ведь все мы в прошлом были кем-то, — с отчаянием произнесла я. — Драконы не покидают этот мир! Новые души рождаются так редко, что… Что это просто смешно!

— На тебе отметина другого рода. Это…

Тут госпожа Анндра коротко всхлипнула и с моего бывшего отца слетело подчинение. Он, резко вскинувшись, вперил в женщину яростный взгляд:

— Как ты пос-смела! Я…

— Ничего не сделаешь, — огрызнулась я и вскочила с кресла, — сейчас ты дашь клятвы никогда, никогда не подходить ко мне, не говорить обо мне и не претендовать на моего ребенка. Если я подменыш, то мой сын…

— Плоть и кровь моего рода, — он попытался надавить на меня, но…

— Орвалоны не способны к ментальной магии, — напомнила я ему. — Но зато вся Берсаба может узнать, что тебя подчинила человеческая колдунья. У тебя есть еще сын, есть способная к деторождению жена. Тебе не нужен мой ребенок.

И он отступил. Он дал все клятвы, а после, стоя у двери, коротко бросил:

— Твоя судьба — умереть в голоде и холоде, под плач твоего ребенка.

И в этот раз дверью он хлопнул от души. А я, без сил опустившись в кресло, смотрела перед собой пустым взглядом.

— Твоя судьба, — госпожа Анндра коснулась моей руки, — родить здорово толстощекого малыша. Выкормить его, а после поступить на службу к моему царственному возлюбленному. Будешь накидывать скрыт на его доверенного телохранителя.

— И будешь получать за это огромные деньги, — подхватила Лин. — А еще патент.

— Этот патент не принесет деньги, — напомнила я."

"— Зато принесет известность, — фыркнула Лин. — А вообще, теперь я понимаю, почему твоя магия создала для тебя вишенок. Странно, что ты не свихнулась в этой любящей семье.

Я засмеялась, а через секунду осознала, что нерадостный смех перерос в слезы и…

И они принесли облегчение. С этой стороны подвоха не будет.

— Все будет хорошо, — уверенно произнесла госпожа Анндра, — я узнавала.

И от этой старой шутки мне гораздо легче. Как будто все и вправду будет хорошо.

Глава 3

Несмотря на все перипетии, жизнь продолжалась. Мы посещали занятия, отлавливали вишенок, выслушивали их страдальческое: «Виернарон не моется, а магией себя чистит!», и, посмеиваясь отправляли их на очередное дежурство. В таком успокаивающем режиме прошла целая учебная неделя. А в выходной день нас вновь посетил курьер.

— Слушай, — Лин, как и я, мрачно сверлила коробку взглядом, — а чего это? Ты точно все мне рассказала?

— Я не знаю, — устало отозвалась я. — Правда.