— Колдун написал, что врата в мир нежити могут быть где-то поблизости. Я думаю, он был прав. В конце концов, этот первородный откуда-то пришёл.

Верно. Большинство бессмертных родом из далёких миров. Когда чудовище приблизилось, супергули метнулись в сторону, перегруппировавшись позади него. Но затем он остановился перед окном, встретился взглядом с Рёком, и тот заметил… что-то вроде разума в его жёлтых глазах. Вытянув руку, он схватил что-то своими смертоносными когтями. Без сомнения, новую жертву. И Рёк знал, что оно вот-вот исполнит своё желание. Будет ли превращение болезненным? Превращение. Такое безобидное слово для смерти. Но даже когда эти мрачные мысли проносились в его голове, он чувствовал только страх за Поппи. Древнее существо направилось к лестнице.

За дверью он взревел от предвкушения, но не стал пытаться прорваться внутрь. Почувствовал ли он границу или каким-то образом… знал о ней? Узнает ли Рёк о своей судьбе?

«Буду ли я знать, что люблю Поппи, но всё равно буду вынужден причинить ей боль?» Схватив его за руку, она сказала:

— Это всё меняет. Отмени клятву. Мы останемся.

Он посмотрел на неё.

— Всё, что мне нужно сделать, — защищать тебя достаточно долго, чтобы уйти.

Она была в ужасе.

— Ты даже не попытаешься не дать себя поцарапать?

Он раскрыл ей объятия."

"— Это не входит в планы, любовь моя.

Глава 19

Чему Поппи научилась за годы бытия наёмницы? В кризисных ситуациях люди раскрываются. Рёк раскрывался именно так, как и сказал ранее. Как герой древности. Она посмотрела на него. Он был таким стойким, даже когда прародитель упырей — страшилище из страшилок — бродил всего в нескольких шагах от них. Несмотря на отвращение Рёка к нежити, он был готов стать одним из них, чтобы защитить её. Она бросилась в его объятия. Прижавшись губами к её волосам, он пообещал:

— Я убью их всех, Поппи. Даже прародителя. Не волнуйся.

— И ты заплатишь за это самую высокую цену. — Ей хотелось вырубить его и утащить в укромное место. Но даже если бы ей удалось уронить на его голову статую, это лишь разозлило бы его. — Это не выход.

— Нет? — Он отстранился, чтобы посмотреть ей в лицо. — Ты знаешь меня; я демон до мозга костей. Что может быть более демоническим, чем броситься первым в ад, чтобы защитить свою любимую пару? Поппи, я был рождён для этого. — Но разве она не была рождена для того, чтобы защищать его?

В каждом из обсуждавшихся ими сценариев основная тяжесть ложилась на Рёка, потому что она беззащитна. Без оружия. Без удачи. Она в шоке. Неужели это происходит на самом деле? Реальность казалась сном, фильмом ужасов в замедленной съёмке. Он поймал её взгляд.

— Вот мой план. Поскольку я понятия не имею, что сделает со мной токсин прародителя, я прослежу за тобой до бара у Эрола.