— Я предлагаю остаться здесь до захода луны, а потом выйти из замка тем же путём, что и вошли.

По крайней мере, здесь у них было преимущество.

— Значит, у нас есть немного времени. — Она быстро сняла сапоги и джинсы. Когда она стянула топ, все протесты забылись.

«Это именно то, чего я хочу», — подумал он, когда она сняла бюстгальтер, обнажив щедрый дар: упругую кремовую плоть с коралловыми сосками. Ласкать и целовать эти груди на чердаке было дразнящей игрой. Он потянулся вперёд, чтобы обхватить её, познать. Затем наклонился, чтобы уткнуться лицом между холмиками, вдыхая её аромат Поппи.

Неандерталец ли он?

Ему хотелось этого. Он хотел прижать её к мехам у камина и взять, как животное. Но в то же время ему нужно заботиться о ней. Рёк снова посмотрел на неё.

— Поппи…

— Твои глаза горят. — Дым поднимался от его кожи, и он признался: — Вожделение вот-вот поглотит меня, но мои чувства к тебе бесконечно сильнее. — Когда пришельцы схватили его, он не думал о самосохранении, а только боялся за неё. Внезапно он стал больше, чем самим собой. Рёк предполагал, что это произойдёт, когда заявит права на свою пару; вместо этого это произошло, когда он был на грани её потери.

 — Я никогда не испытывала ничего подобного.

Она нежно погладила его по щеке.

— Быть со своей парой — настолько по-другому?

— О да. Не только потому, что ты моя. — Он выдохнул. — Ты просто… нравишься мне, Рыжик. Всегда нравилась.

— Ты мне тоже нравишься, Рёк. — Они обменялись улыбками, пока она не стянула с себя трусики. — Если ты не сдержишься со мной, я не сдержусь с тобой. — Заворожённый её телом, он провёл языком по клыку.

— Вероятно, будет лучше, если ты тоже снимешь одежду.

Рёк?

— А? Ах! — Он расстегнул, дёрнул и потянул. Раздетый перед ней, он испытал то же возбуждающее предвкушение перед битвой — не потому, что на кону его жизнь, а потому, что на кону будущее. Эта женщина была его будущим. После бесконечных вечностей ожидания… Ничто никогда не имело большего значения, чем то, что они собирались сделать. Никакой работы. Никакого восстания. Никакой битвы.

— Ты собираешься укусить меня? — спросила она.

— Как скажешь, — он говорил небрежно, но его взгляд был прикован к её шее, а голос звучал глухо, его голосовые связки менялись, когда он становился демоном.

 — Это останется с тобой навсегда. Ты готова к вечности?

Она откинулась на диван, огненная красавица, прекрасно осознающая, как действует на него.

— Убеди меня.

— Дразнящая ведьма. — Он двинулся между её бёдрами, лаская её соски, пока она не начала покачивать бёдрами, а запах её возбуждения не стал неоспорим. Затем Рёк провёл рукой вниз по её телу, лаская лобок. Поппи опустила тяжёлые веки и закинула руки за голову, призывно разведя колени.