ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Френтис

— Канун зимней ярмарки, — обыденно нудным голосом произнес, брат Лерниал.

Он прибыл накануне вместе с женщиной эорхиль и с тех пор упорно молчал, сидел у огня и часами таращился на пламя. Инша-ка-Форна постоянно оставалась рядом, смотрела, напряженно ожидала.

Френтис стоял вместе с Иверном в толпе собравшихся командиров. Тот растерянно выговорил:

— Это же черт знает что. Седьмой орден прятался в королевской гвардии. И еще неизвестно где. Они могут оказаться где угодно!

— Аспект Греалин дал понять: у них много масок, — заметил Френтис.

— Греалин, — вздохнул Иверн. — Сколько же лжи они нагородили нам?

— Достаточно, чтобы уберечь нас, — сказал Френтис и вздрогнул.

Брат Лерниал пошевелил губами, Инша-ка-Форна помахала рукой Френтису — мол, подойди.

— Что случится в канун зимней ярмарки? — спросил Бендерс у брата.

Тот напрягся, стараясь сосредоточиться. На виске дрожала жилка, по лбу стекал пот.

— Варинсхолд, — произнес брат Лерниал. — Нападет лорд Аль-Сорна. Что-то… что-то случится.

— Его армия в Варнсклейве. Как такое может произойти? — спросил Бендерс.

Лерниал застонал, выгнул спину, медленно выдохнул и, совершенно изможденный, бессильно обмяк.

— Это все, — пробормотал он.

— Должно быть больше, — не унимался барон.

— Оставьте его, — свирепо глянув на барона, буркнула Инша-ка-Форна. — Это вредит ему. Сильно.

— Вы можете слышать мысли лорда Ваэлина? — тихо спросил Френтис.

— Только брата Каэниса, — помотав головой, ответил Лерниал. — Так проще. — Он устало улыбнулся. — Пробираться даже сквозь воспитанный дисциплинированный разум — нелегкий труд.

Френтис поблагодарил его и пошел совещаться с Бендерсом и Холлисом.

— Три дня до ярмарки, — напомнил барон. — Нет времени планировать. Я приказал своим людям нарубить деревьев для лестниц и осадных машин, но еще ничего не готово.

— Поэтому стоки остаются единственной возможностью, — сказал Френтис. — Мы знаем от рыцарей Дарнела, что аспекты Элера и Дендриш — в Блэкхолде. Может, с ними и аспект Арлен. Если на город нападут, у них нет шансов выжить. Я могу вытащить их.

— Гораздо важнее взять ворота, — указал Соллис.

— Но аспекты…

— Они прекрасно знают, что Вера временами требует жертв.

— Мы?

— Брат, ты хорошо вел своих людей. Они верны тебе. Но наша верность друг другу — братская. Или ты не хочешь больше зваться братом? — сурово и тихо спросил Соллис.

— Я никогда не стану звать себя иначе, — покраснев от гнева, ответил Френтис.

— Значит, выходим на рассвете, — заключил Соллис и добавил: — Милорд барон, мы выйдем на рассвете. Тогда через три ночи мы подойдем к городу в темноте.