— Где же мужчины? — тихо спросила Анна.

— Все мертвы, — ответила Эллис. — И старшие дети тоже. — Она шла дальше, продолжая объяснять: — Эти женщины и их малыши родом из Руанды. На их деревню напали. Они остались в живых только потому, что собирали хворост в лесу. Они бежали в Танзанию. — Предводительница взглянула на Анну. — Враг их племени поклялся убить их всех — всех до последнего ребенка. Это давняя вражда. Много людей погибло с обеих сторон.

Анна пыталась осознать масштаб того, о чем рассказывала Эллис. Когда она слышала сообщения о межплеменных войнах в Руанде, то ни разу не попыталась представить себе, каким кошмаром на самом деле это было. Казалось, она уже видела достаточно горя — достаточно больных детей и скорбящих матерей, причем в непосредственной близости от себя. Теперь, когда ужас описанной ситуации постепенно проникал в ее сознание, она поняла, что не может заставить себя посмотрев в глаза женщинам и детям, мимо которых они проходили. Анна чувствовала их страх и боль, они были почти осязаемы. Неудивительно, что люди таращились на Стенли: появление мужчины здесь могло пробудить лишь страх или воспоминания об утрате.

— Они не могут здесь вечно скрываться, — сказала Эллис. — Но они боятся дать о себе знать — о них могут донести правительству.

Анна нахмурилась:

— Но я слышала, что на границе есть лагерь для беженцев, как раз таких, как эти.

Эллис коротко, невесело рассмеялась.

— Лагерь для беженцев не особенно подходит для того, чтобы спрятаться. — Через пару секунд лицо Эллис прояснилось, ее губы искривились в подобии улыбки. — Разве они не хорошо спрятались здесь, в поселении странствующих ведьм?

— Конечно, — согласилась Анна, — они очень хорошо спрятались.

— Но им нужно то, чего у нас нет. Лекарства белых людей. Молоко.

— Я знал, что Лангали находится неподалеку, — нетерпеливо вмешался Зания. — Я говорил Эллис об этом. Я ходил туда.

Анна изумленно посмотрела на него:

— В Лангали?

Зания кивнул:

— Я присоединился к тем, кто ждал доктора. Я искал белую женщину, и когда она оказалась одна, я подошел к ней и попросил ее помочь нам. Я сказал ей, что наше присутствие должно оставаться в тайне от всех. Даже от людей из ее близкого окружения.

— К Саре? — Анна едва могла облечь мысль в слова. — И она согласилась?

Зания растопырил пальцы — длинные пальцы, покрытые шрамами от долгих игр с огнем.

— Разве она тебе не сестра? Разве она не оплакивала вместе с тобой мужчину, который должен был стать твоим мужем? Разве не я собственными руками рисовал знаки на ее лице пеплом с его смертного костра?

Зания сделал паузу. Несколько секунд спустя Анна поняла, что он ждет от нее ответа.

— Да, — шепнула она, — ты прав.