Специалисты летели сюда из самой Англии и привезли с собой в ящиках кучу всякого оборудования.

— Они вызвали дождь? — спросила Анна.

Мтеми ответил не сразу: он сначала помучил ее молчанием. Наконец его лицо расплылось в улыбке.

— Они долго готовились, — сказал он. — И пока они готовились, дожди пошли сами.

Анна засмеялась. Ей хотелось смеяться и смеяться, не останавливаясь. Теплый звук ее смеха свободно порхал в воздухе, подпитываясь той радостью, которая, похоже, всегда обитала внутри нее. Она знала, что Мтеми смотрит на нее.

Внезапно он наклонился к ней так, что его губы почти прикоснулись к ее уху.

— Сегодня будет полнолуние, — прошептал он по-английски. — Я хочу, чтобы ты увидела, как луна отражается в воде.

Он помолчал, оглядываясь и небрежно кивая каждому, с кем встречался взглядом. Затем он снова заговорил, неторопливо и внятно:

— Когда ты пожелаешь всем спокойной ночи и уйдешь в свою хижину, подожди, пока в деревне все утихнет. Потом иди к берегу озера. Там и встретимся — в том месте, где старое дерево упало в воду. — Он отвернулся. — Ты услышала? — спросил он снова на суахили.

Анна кивнула.

Ее сердце колотилось как сумасшедшее.

— Да, я услышала.

На берегах серебристого озера скользкая грязь блестела, словно атлас. Анна чувствовала, как прохладная вода облизывает ее ступни, а жидкая глина просачивается между пальцами.

Старое дерево находилось недалеко от того места, где тропинка выбегала из леса. Подходя к нему, Анна не сводила глаз с его кривого ствола. Не доходя до дерева несколько шагов, она стала пристально всматриваться в отбрасываемую им тень.

Сначала она увидела накидку из леопардовой шкуры: темные пятна выделялись на фоне желтой охры.

Потом она разглядела очертания тела Мтеми. Анна шла прямо к нему. Нетерпение, уже давно копившееся в ней, смягчило ощущение нереальности происходящего. Казалось невозможным, что они будут вместе, наедине, после столь долгого ожидания.

Она все еще была в ритуальном одеянии — ткань скользила по ее ногам при ходьбе, источая запах ладана. Аромат доходил до ее ноздрей, а затем терялся в землистом дыхании озера.

Два силуэта встретились без единого слова. Они стояли рядом, глядя на полную луну на ясном небе. Пейзаж дышал тишиной, несмотря на крики ночных птиц, кваканье лягушек, непрерывное жужжание множества насекомых.

Анна заговорила первой. Нервничая, она вспомнила уроки Элеоноры, преподанные ей в детстве; мать часто повторяла, что следует поддерживать беседу.

— Когда я была маленькой девочкой, — голос Анны звучал глухо и неуверенно, — я думала, что на луне живет один человек.

Мтеми отрицательно покачал головой.

— Не человек, а кролик. Вон его уши.

Он указал на луну. Анна медленно водила глазами по контуру его руки.