Оказавшись в соседском саду, она побежала, подныривая под ветви деревьев и протаптывая тропу через заросли сорняков. Приблизившись к упавшему человеку, она признала в нем свою соседку. Эта женщина только недавно поселилась здесь. Кейт пару раз видела ее через забор — высокая одинокая фигура со спутанными седыми волосами, собранными в небрежный пучок.

Подбежав к соседке, Кейт взглядом поискала кровь или рану, но не обнаружила ни того ни другого. Женщина просто лежала на земле, тяжело дыша.

— Вы не ранены? — спросила Кейт.

Та повернула голову. Огромные серо-зеленые глаза уставились на Кейт — но во взгляде не было пустоты, он был глубоким, изучающим. Это продолжалось долгое мгновение. Затем женщина попыталась встать, хватаясь за ветви палисандра. Кейт топталась рядом, не зная, как помочь и надо ли это вообще делать. В том, как женщина изо всех сил пыталась подняться сама, ощущалась независимость. Наконец она выпрямилась, все еще тяжело дыша, повернулась к Кейт и слабо улыбнулась. Затем с триумфальным видом указала на большую черную змею под кустом: разрубленная пополам, та билась в агонии. Кейт, взглянув на умирающую змею, предпочла не подходить к ней: она знала, что, даже отрубленная, голова какое-то время способна ужалить. Она удивилась тому, что здесь, в Парквилле, появилась змея. Должно быть, та приползла сюда от ручья, приняв одичавший сад за укромный утолок бушленда.

— С вами все хорошо? — снова спросила Кейт.

Ее соседка все еще дышала с трудом и опиралась на ствол дерева. Кейт предположила, что мощная отдача ружья сбила ее с ног и вышибла воздух из легких.

— Да, я уже почти в норме. Я не очень здорова, как видите.

Женщина избегала смотреть Кейт в глаза, словно стесняясь своей слабости. Кейт отметила, что, несмотря на седые волосы, соседка вовсе не стара. Возможно, ей немного за пятьдесят. Точнее определить она не смогла: у женщины было обветренное, неподвластное времени лицо человека, подолгу бывающего на солнце."

"Женщина жестом попросила Кейт помочь ей идти. Но прежде чем предложить ей руку, Кейт подняла тяжелое ружье, автоматически проверила, нет ли в стволе патрона, хотя и знала, что из него только что стреляли. В ноздри ей ударил запах оружейной смазки, вызвав воспоминание — картину, вытащенную из прошлого…

Жаркое солнце, сухая трава. Маленькая девочка, делающая медленные, осторожные шаги — бесшумные, как у кошки. Ни одна веточка не хрустнула, ни один лист не зашелестел у нее под ногами. Она не сводит глаз с руки отца. Он дает ей знак: «Остановись!» Размахивает руками, словно безумный. Он что-то увидел. Она замирает, так и не опустив ногу, раскачивается на одной ноге. Он приседает, прицеливается — выстрелы! Тишина и неподвижность внезапно разрушаются. Он улыбается. Она громко смеется.