Впрочем, я вполне отдавала себе отчет, что эти вопросы вообще не возникали бы, если бы я сама не ждала ребенка.

Пока я собирала информацию, где-то промелькнуло сообщение о том, что массовая проверка блогеров была инициирована Лигой безопасного интернета, внимание которой на сверхдоходы блогеров обратила некая неравнодушная гражданка. В интернете нашлось и ее имя – Людмила Соболева. Мне оно ни о чем не говорило."

"Собрав и изучив всю информацию, я так и не нашла ответа на главный, самый важный для меня вопрос. Почему правоохранительные органы заинтересовались моей дочерью? Как я уже говорила, период, который охватывали проверки, явно ограничивался 2021 годом, когда Сашка только начинала свой «бизнес» и вообще была еще несовершеннолетней. В рамках «дела блогеров» она никак не могла попасть в поле зрения налоговиков, и тем не менее в инспекцию ее вызывали, уголовным делом пугали и вопросы про Киру Плиновскую задавали. И это было странно.

Я все больше склонялась к мысли, что в этом деле не обошлось без Миронова и весь интерес к Сашке является хорошо законспирированной местью мне. От этой мысли я приходила в такую ярость, что переставала соображать. Я представляла, как Виталий сидит в своем кабинете, словно паук в банке, в ожидании моего звонка с криком о помощи.

Признаюсь, несколько раз я протягивала руку к телефону, потому что безопасность и благополучие Сашки для меня были гораздо важнее уязвленной гордости, но тут же отдергивала ее. Не могла я пойти на поклон к этому человеку. Пока не могла.

Не в силах держать все это в себе, я посоветовалась с Машкой. В конце концов, она была моей лучшей подругой, к выросшей на ее глазах Сашке относилась практически как к собственной дочери, а потому навредить точно не могла.

– Нехорошо, – резюмировала подруга, с которой я поделилась своими переживаниями. – Особенно с учетом, что ты только-только вылезла из своих неприятностей, связанных с квартирой.

– Да не было у меня никаких неприятностей, – вздохнула я.

– Именно потому и не было, что ты ее вовремя вернула, – мудро заметила Машка. – Иначе пиши пропало. А этот твой Виталий, я смотрю, настойчивый тип. Не довел тебя до дисциплинарной комиссии мытьем, так доведет катаньем. Ты же понимаешь, что если у Александры дойдет до суда, то к тебе будут вопросы. С одной стороны, она, конечно, совершеннолетняя, да и живете вы сейчас отдельно. А с другой – дочь есть дочь, поэтому тень на репутацию будет брошена все равно.

– Вот спасибо тебе, подруга, – разозлилась я. – Утешила и поддержала, ничего не скажешь.

– А ты ко мне за утешением пришла? – не поверила своим ушам Машка. – Лена, я просто тебя не узнаю. Ты же у нас скала, кремень и все такое. Ты же только за советом можешь обратиться, а все эти сопли в сахаре вообще не для тебя.