— Не з-з-знаю… — едва слышно пролепетала я.

Даниил продолжал обнимать за талию одной рукой, пальцы же другой руки пробежались от локтя до плеча. Мне показалось, что на коже ожоги останутся от его горячих прикосновений.

Пальцы Даниила скользнули вдоль выреза халатика и отодвинули лёгкую ткань. Он погладили ложбинку между грудей, прямо под серебряным крестиком.

Я едва не застонала вслух от этого ласкового прикосновения, эмоции вспыхнули с новой силой.

— Зато я знаю… Тебе понравится, — пообещал Даниил.

Его пальцы проворно развязали узелок на халатике и отодвинули ткань в сторону.

Ладонь Даниила уверенно накрыла грудь, сжав её. Он сдвинул тонкую ткань лифчика вниз и нежно обхватил грудь, а потом пальцы сжали уже напрягшийся сосок.

Одновременно с этим губы Смолякова прихватили мочку уха, слегка втянув. Он прижал нежную кожу, чуть посасывая.

Я потерялась в море ощущений, ярких и невыносимо сладких, от которых ноги начали дрожать в коленях.

Я не знала, что моя грудь была такой же чувствительной к прикосновениям.

Я предприняла последнюю попытку улизнуть, но она окончилась полнейшим провалом. Даниил прикусил нежную кожу на шее и накрыл теперь обе груди, интенсивнее лаская затвердевшие соски.

Моё тело изголодалось по мужской ласке.

И сейчас, поняв, что ему наконец-то дадут то, чего оно долгое время было лишено, тело полностью отключило здравый смысл.

Остались только одни инстинкты…

38. Настя

Настойчивые губы Даниила изучали нежную кожу шеи горячими поцелуями.

Я крепко зажмурилась, от рваного дыхания сердце билось тяжело, с перебоями. Мне катастрофически не хватало воздуха.

Моё тело само выгнулось сильнее и теснее прижалось к крепким бёдрам Даниила. Он гортанно застонал и качнул бёдрами. Я слегка потёрлась о внушительную выпуклость на его брюках. Я прикусила губу, прекрасно понимая, что это такое.

Даниил тоже возбудился и очень сильно.

Пальцы левой руки продолжали мять грудь. Правая рука переместилась ниже и погладила кожу живота.

— Нежная моя, белокожая, — прошептал Даниил, тяжело дыша.

Пальцы поддели кромку трусиков и спустили. Ткань предательски быстро скользнула вниз на пол.

— Нравится?

Даниил провёл пальцами от пупка до лобка, заставляя меня дрожать от предвкушения.

Я прикусила губу, чтобы не простонать. Но Смоляков заметил это и развернул меня к себе лицом.

— Нравится? — опять спросил Даниил, но не дал мне ответить.

Он опять поцеловал меня, откровенно и жадно. Смоляков прижался к моим горящим губам, провёл по ним языком и настойчиво раздвинул губы, вторгаясь языком в мой ротик

Я вдруг поняла, что нет никакого смысла держаться за свои принципы сейчас, когда даже малейшее прикосновение пальцев заставляет меня трепетать и возбуждаться ещё больше.