Мне не надо корчить из себя суперзвезду, я дурачусь с Мироном, чувствуя, как этот мальчуган привязывает меня к себе с каждой минутой всё крепче.

Настя, кажется, больше не дуется на мой обман.

— Ты перестала дуться на меня, Настенька? — ласково спрашиваю я, пока Мирон исполняет танец победителя под финальный бит игрового раунда.

— В следующий раз я ни за что не поверю в историю твоей болезни, только и всего! — улыбается Настя, глядя на своего сына.

Она почему-то избегает смотреть на меня, или смотрит, но мельком и сразу же отводит глаза, как будто об меня можно обжечься.

Но, чёрт возьми, сейчас я чувствую воодушевление и готов поспорить, что она тоже трепещет от мысли о наших поцелуях.

Пока Настя говорит, я неотрывно смотрю на её губы, думая лишь о том, что хочу попробовать их на вкус. Во рту собирается слюна, как у голодного человека при виде любимого лакомства.

Я обязательно поцелую свою будущую жену.

«Фиктивную жену!» — напоминаю я себе. Для меня брак будет фальшивым от и до.

Внезапно совесть даёт о себе знать и начинает оглушительно вопить, как полицейская сирена.

Нехорошо влюблять в себя девушку, мать твоего сына, и обманывать её!

Наверное, Семён был прав, сделка — честнее. Но я не хочу только сделку. Я хочу попробовать Настеньку!

А если я выкачу ей сведения о деньгах, она откажется.

Надо было начинать с этого, а не заигрывать. Теперь уверен, что даже если я ей признаюсь об истинных целях прямо сейчас, пока всё не зашло далеко, она всё равно откажется.

А я плохо переживаю отказы и поражения.

Каждое из них — ещё один пунктик в длинном списке, который обязательно нужно будет перекрыть следующей победой.

И нет, Настенька, я не проиграю, какими бы сладкими ни казались твои губки.

26. Даниил

Время в обществе Мирона пролетает незаметно.

Мы уже успели поиграть во все игры, в которые ему позволяет возраст и заботливая мама, изучили территорию возле дома и до тошноты покатались на качелях.

Подступающий голод даёт о себе знать. Домработница должна была передать повару, чтобы тот приготовить что-то не слишком вычурное, не слишком диетически-полезно-спортивное, как я ем обычно. Обыкновенная еда…

За ужином мы собираемся в столовой. Повар Михаил лично выносит блюда.

Есть у него такая привычка — показываться новым гостям, чтобы они знали в лицо того, кто вкусно их накормил.

Михаил сам расставляет блюда на столе, попутно болтая. Обычно меня веселит болтовня словоохотливого Михаила, но сегодня он мне кажется чересчур болтливым.

К тому же он часто поглядывает в сторону моей Мышки, явно прельстившись на те же аппетитные шары, что и я.

Я злюсь на Настю.