"

"Ешкин кот, ну кто так делает-то? Чего он приперся сюда с рябиной этой рыжей? Мы даже не обговорили условия, черт, да я согласия своего стопроцентного не давала. Быстрый какой, а. Подумал, раз одежду притащил, значит, я после этого и слова против сказать не смогу. Но я ж смогу. Или не смогу?

Ай, на кону квартирка халявная.

И что делать?

Так, включим режим взрослого и адекватного человека. Что у меня есть: Суханов и Любаня за спиной. Что я могу сделать? Спрятаться под стол и натянуть сумку на голову. Это раз. Вызвать дух Аладдина, чтобы он на своем ковре-самолете меня отсюда унес.

Это два. Хм, и три… О, сбежать. Но как сбежать, если выход только один? Здесь не побег, тут я сама запрыгну в пасть к домовой акуле.

И это мысли взрослого человека? Серьезно? Полинка, соберись. В самом деле, приди в себя и начни хоть что-то предпринимать.

— Алипатова, сейчас внимательно посмотри, там точно рыжая? — конечно, подругу прошу, не самой же глазеть на них.

— Ага, — Анька не сразу отвечает мне, продолжая высматривать какое-то особо интересное, судя по ее заинтересованному взгляду, зрелище у меня за спиной.

— Такая высокая, остроносая, с маленькими глазками и губами, будто ей их дверью прищемили? Она, да? — шепотом спрашиваю у нее и совсем не понимаю, чего она на меня коситься так вздумала.

Всего лишь навсего рыжулю ей описала. Претензий быть не должно. Как запомнила, так рассказала. Пусть вообще радуется, что я про метлу промолчала. Просто, когда я про Любаню вспоминаю, фантазия мне тут же метлу и ступу в голове рисует.

— Хм, как ты Любку внимательно рассмотреть успела.

— Ань, сейчас точно не до шуток, — ворчу в ответ. Будто у меня в окружении много подобных знакомых, чтобы запутаться.

— Не, не она, значит, расслабься, — выдает подруга, откидываясь на стул, противно так хихикая.

В смысле не она?

Резко разворачиваюсь, а там совсем никого нет.

Ни-ко-го.

То есть студенты бегают, на ходу что-то треская, но друзей моих заклятых и в помине нет.

— Алипатова, тьфу на тебя, ты чего творишь? У меня чуть давление от волнения не подскочило.

— А чего ты волновалась? — спрашивает она, как ни в чем не бывало чай свой потягивая. — Значит, в той комнатушке что-то произошло, да? Договаривай давай.

Чую, не просто так вы там с мукой игрались.

— Не игрались мы там, душа твоя сериальная, — фыркнула на нее. — Мы там чуть ли не на смерть бились. Еще немного, и я бы пала, а тебе всё хиханьки да хаханьки. Подруга, называется.

— Если ничего не было, почему тогда занервничала так?

Эй, я не поняла, с каких пор лежачих добивать можно? Прям допрос мне устроила, Фома неверующая.

— Так я тебе и сказала, шутница недоделанная. Кстати, я тебе припомню.

Через двадцать минут, сидя на последней паре, я думала об этом.