Словно он – всего лишь безымянный раб, пытающийся скрыть под богато расшитым камзолом глубокие шрамы на теле и сердце. Словно корона принца, которую венчал лазурный алмаз – символ Ардена, – сумеет спрятать его страхи и сомнения.

Но того Рэндалла, покинувшего Арден почти три года назад, давно не было. На его месте стоял сломленный юноша, который вернулся домой, но оказался не готов к последствиям своего отсутствия.

Вот и сейчас он находился в нервном ожидании самого ответственного разговора с тем человеком, который, как назло, опаздывал на пир.

– Он намеренно задерживается. Чтобы мы поволновались, – с раздражением прошипела Аврора.

– Хочет появиться эффектно, – ответил Рэндалл, оглядывая гостей.

Они сидели во главе длинного стола, ближе всего к трону, который сейчас пустовал. По законам Юга, Хранитель мог восседать на нем, только когда в замке не было короля. Сегодня же это место займет Артур. На спинку трона несколько раз присаживался Хлебушек, которого слуги так и не смогли выгнать из церемониального зала. Потом он взлетел к потолку и на протяжении всего пира сидел на одной из деревянных балок, к которой крепились люстры с сотнями свечей.

На торжестве собрались родственники со сторон арденийцев и Вейландов. Правда, не было отца и королевы Мари. По словам Тристана, они отбыли в Сайлентвуд – самую отдаленную провинцию, где располагалась резиденция Вейландов. Там, по традиции, доживали старость бывшие короли и королевы, чтобы не мешать новым правителям Юга.

Рэндаллу казалось странным, что Алан покинул Фортис до коронации Артура, ведь именно он должен был торжественно передать корону своему преемнику. Неужели отец настолько болен? Что-то напоминающее тревогу за родителя сковало грудь Рэндалла, но он отогнал это ощущение. Алан недостоин его сочувствия.

Накануне пира в Аэран прибыли Арон и Калеб. С Ароном Рэндалл провел весь вечер, и тот выразил искреннюю радость по случаю его возвращения. С Калебом же они обмолвились лишь парой слов на семейном ужине, и на этом общение закончилось.

Тристан, сидевший в дальнем углу зала, за столом напротив, что-то прошептал на ухо миловидной девушке, отчего та застенчиво хихикала. Он почти не пересекался с Рэндаллом на людях, а если это случалось, одаривал привычными колкостями. Играл свою роль.

Рэндалл бросил взгляд в другой угол зала в надежде обнаружить там светловолосую кудрявую макушку, но Уилл на торжество так и не явился. Он заперся в покоях и никого, кроме служанки Оливии, не пускал к себе. Рэндалл несколько раз пытался поговорить с ним, но тот неизменно просил оставить его одного.

Рэндалл уже собирался отвернуться, как вдруг встретился взглядом со старой знакомой.

Мелита.