– Адалина уперлась локтями в колени, спрятав лицо в ладонях. – Я стану причиной смерти невинной женщины. А потом умру сама, как только рожу наследника Его ублюдочному Величеству.

– Ты слишком умна, чтобы просто умереть. Соблазни Стефана, сделай своей марионеткой и будешь править всем Западом, – с прохладой отозвался Тристан, на что Адалина усмехнулась и, убрав руки от лица, покачала головой.

– Ты и без меня знаешь, кому принадлежит сердце Стефана. У меня нет ни единого шанса. Да и не нужны мне корона и власть. Лучше быть обычной крестьянкой, но свободной, чем жить в этом дворце, как в тюрьме, и каждый день в страхе ждать смертного приговора.

Тристан нахмурился, взвешивая все «за» и «против». Адалина могла врать ему, но он почему-то ей верил. Потому что все еще видел в ней ту девочку, которая так искренне умоляла его помочь сестре. Видел, что за гордой осанкой и надменным выражением лица прячется глубоко несчастная и одинокая девушка. Такая же, как и он сам."

"– Знаешь, почему никто из аристократии Великого Материка до сих пор не знает, кто стоит во главе «Черной розы»? – спросил Тристан.

Адалина вопросительно склонила голову.

За окном подул ветер, и порыв холодного воздуха, проскользнувший сквозь щель в оконной раме, всколыхнул локоны вокруг ее лица. По стеклу забарабанил дождь.

– Кроме разведчиков и доносчиков в гильдии есть каратели. Они следят, чтобы никто не посмел предать наш орден. И карают они похуже королевских палачей. – Тристан отчеканил каждое слово, чтобы они прочно засели в прелестной головке Адалины. – Я помогу, но если вздумаешь предать меня, то подвергнешься самой страшной каре. Это я тебе обещаю.

Она серьезно кивнула и протянула тонкую ладонь.

Не успел Тристан поразиться нежности ее кожи, как услышал доносящиеся из коридора шаги.

Лицо Адалины изменилось от испуга.

– Кто-то идет! – в панике прошептала она и, прикусив губу, стала осматривать комнату с поломанной ветхой мебелью в поиске укрытия. – Если меня здесь увидят, да еще и с тобой, мне конец!

Шаги становились все громче, и Тристан был уверен, что кто-то идет прямо сюда. Если его застукают с фавориткой короля, возникнет куча неприятностей.

Он внимательно посмотрел на Адалину.

Она почему-то развернулась к окну и сжала ручку, словно собиралась открыть его. Платье для прислуги было явно ей велико и скрывало тонкий стан, коса растрепалась. Вряд ли кто узнает ее, если не увидит лица.

Тристан схватил ее за запястье.

– Мне нужно убираться отсюда, – прошипела она, в панике пытаясь высвободить руку.

– Через окно? – скептически спросил Тристан.

Шаги раздались прямо под дверью.

Он дернул Адалину на себя и рывком усадил на колени.

– Доверься мне, у тебя нет другого выхода, как и у меня.