Комиссаров вытащил из кармана пластиковую ключ-карту и приложил ее к стеклянному табло, заменяющему кнопку вызова лифта. Экран мигнул красным светом, и створки кабины раздвинулись в стороны. Николай Вадимович шагнул внутрь и нажал кнопку верхнего этажа.

Меньше чем через минуту он уже входил в гигантскую, ярко освещенную лабораторию, которой руководил профессор Михаил Геннадьевич Курчевский. В данный момент профессор, стоя перед стеной, составленной из больших видеоэкранов, что-то гневно выговаривал оператору.

Своим обликом Михаил Геннадьевич напоминал Комиссарову Альберта Эйнштейна, только очень злобного и хитрого, а не того добродушного дядечку, фотографии которого растиражированы в интернете. Тощий, как жердь, с гривой всклокоченных седых волос и жидкими седыми усиками, профессор Курчевский размахивал костлявыми руками и яростно что-то выкрикивал. Его юная ассистентка Галина отошла на всякий случай подальше, к большому окну, и делала вид, что занята изучением каких-то важных документов.

– Профессор? – спокойно осведомился Комиссаров, приближаясь. – Что-то еще случилось, о чем я не знаю?

Курчевский прекратил орать, и оператор, сидевший за пультом управления камерами, облегченно выдохнул.

– Николай Вадимович? – Старик смущенно откашлялся. – Да ничего нового, просто я возмущен некомпетентностью отдельных сотрудников нашего института.

Тут Курчевский подошел почти вплотную к Комиссарову и понизил голос, чтобы никто из окружающих, кроме хозяина, его не слышал:

– Наш беглец объявился.

– Вот как? – вскинул брови Комиссаров. – И где же он?

– Оказывается, вчера он был обнаружен на берегу недалеко отсюда. Двадцать три человека сняли его на видео, а некоторые выложили эти видеоролики в интернет! И что же? Я узнаю об этом только сейчас, совершенно случайно, а ведь вы платите немалые деньги людям, которые должны отслеживать любые сюжеты, связанные с нашей деятельностью! Отслеживать, тут же ставить нас в известность, а затем взламывать чужие аккаунты и удалять все лишнее, что может каким-то образом заинтересовать представителей властей.

– Мне понятно ваше негодование, Михаил Геннадьевич. Но куда же делся мальчишка? – холодно спросил Николай.

– Никто этого не знает! Но он точно жив и здоров, его видело множество людей.

– Показывай! – жестко приказал Комиссаров оробевшему оператору.

Тот торопливо защелкал по клавишам пульта, и вскоре на всех видеоэкранах возникло изображение, заснятое на камеру чьего-то мобильного телефона. Абсолютно голый парень в широкополой соломенной шляпе с желтым бантом шел по пляжу.