Старушка в соломенной шляпе с желтым бантом, растолкав толпу, вышла вперед и смерила его недовольным взглядом.

– Прикрылся бы хоть, морда бесстыжая! – злобно фыркнула она, скрестив руки на груди. – Вы, молодежь, уже последние остатки совести растеряли!

– Верно, – тихо сказал парень и закашлялся, прочищая пересохшее горло. – Прикрыться стоит… Солнце так и палит…

Он легким движением снял со старухи шляпу, нахлобучил ее себе на голову и неторопливо зашагал прочь. Толпа перед ним опасливо расступилась.

Несостоявшегося утопленника снимали на телефоны до тех пор, пока он не перебрался через бетонный волнорез. Старуха, лишившаяся своей несуразной шляпы, смотрела ему вслед разинув рот.

– Ух, сколько переживаний, – выдохнула женщина с надувным кругом и похлопала застывшего Максима по плечу. – Нужно срочно повысить уровень сахара в крови. Молодой человек, можно мне порцию сладкой ваты?

– Конечно! – Максим широко ей улыбнулся. – Может, две порции?

– Не настолько мне поплохело, – усмехнулась в ответ женщина.

Улыбка слегка померкла на лице Журавлева. Надо было искать еще одного покупателя.

Глава пятая

Хочешь жить – умей вертеться

Полчаса спустя Светка притащила Леру на местный пляж, расположенный в стороне от городского и скрытый небольшим леском и высокой скалой, на вершине которой белели корпуса института океанологии. Даже снизу было видно, что часть здания, стоящего на самой кромке скалы, обрушилась и огорожена металлической сеткой с желтыми предупредительными ленточками.

– Что у них там случилось? – поинтересовалась Лера, кивнув в сторону расколотого корпуса.

– А ты что, не слышала? У нас тут ночью землетрясение было. Так тряхануло знатно, что некоторые дома рухнули! Особенно сильно трясло в этом районе. Вот часть институтского корпуса и свалилась со скалы прямо в море. Я удивляюсь, как только их причал не засыпало, у них там разные дорогущие исследовательские корабли стоят. Было бы жалко, если бы они пострадали. Но здание быстро восстановят, вот увидишь. Хозяева у института богатенькие.

– Разве он не государственный?

– Там какая-то сложная собственность, – отмахнулась Светка. – У нас все знают, что совладельцами института является семейка Комиссаровых.

– А это еще кто? – полюбопытствовала Лера.

– Местные богатеи. Та еще семейка вурдалаков, ты о них обязательно услышишь. Виктория Комиссарова – вся из себя такая фифа и светская львица, а ее муж Николай – хозяин местного рыбного завода, и институт ему тоже принадлежит. Подмяли под себя весь городок! В Новом Ингершаме сейчас на любой чих нужно от них разрешение, а без этого ни один новый магазин, ни кафе не откроется. Комиссаровы с мэром дружат, спонсировали его предвыборную кампанию, вот он и пляшет под их дудку.