Проще говоря, избирательное право мог получить только тот, кто обладал частицей собственности стоимостью не менее десяти фунтов стерлингов. По тем временам – очень приличные деньги. Среди «низших классов» обладателей такой собственности попросту не имелось. Это было так же нереально, как сегодняшнему работяге из простой семьи владеть, скажем, замком в Испании или хотя бы коттеджем в Швейцарии…

Осознав, как цинично их использовали в своих собственных целях, а потом отшвырнули, как ненужную тряпку, рабочий люд был потрясен не на шутку. И назвал все это «Великим предательством».

А что он еще мог сделать? Только материться в бессильной злости. Силы у него остались прежние, а противников даже прибавилось.

И все же, все же… Буквально через несколько лет на политической арене появилось первое в истории Англии общенациональное движение рабочего класса – чартисты.

Но под землей все-таки клубятся корни…

7. За хартию!

Название «чартисты» произошло от английского слова «charter» – хартия, петиция, прошение, подаваемые в парламент. Тогда еще очень многие наивно верили в силу петиций, особенно если они подписаны не просто сотнями тысяч людей – порой количество подписей переваливало за миллион.

Положение английских рабочих, как промышленных, так и сельскохозяйственных, мало чем отличалось от положения чернокожих рабов в США. Ну, разве что продать их было нельзя, и кнутом их не били, и в цепях не держали. А в остальном…"

"Тогдашние рабочие (точнее будет сказать – антирабочие) законы позволяли фабрикантам творить любой произвол как в отношении продолжительности рабочего дня, так и заработной платы, причем ограничения на возраст работающих не было. Шестнадцатичасовой рабочий день был самым обычным делом.

К тому же предприниматели предпочитали мужчинам женщин и детей – им можно было платить гораздо меньше. Согласно подсчетам видного историка Э. Хобсбаума, на английских мануфактурах в 1834–1847 гг. мужчины среди рабочих составляли только четверть, остальные – женщины, девушки и юноши до 18 лет. На практике это означало, что рабочим было лет десять-двенадцать, а то и меньше – в шахтах на вывозке угля работало и немало шестилетних. Для хозяев дело облегчалось еще и тем, что тогдашние станки были незатейливы в управлении, так что с ними мог справиться и подросток…

Разумеется, время от времени принимались законы, смягчавшие положение малолетних.

Первый закон о «гуманном» ограничении рабочего дня для детей до двенадцати часов был принят только в 1802 г., но распространялся он исключительно на приютских детей, для остальных малолеток от 9 до 16 лет он был введен в 1819-м, причем запрещалось принимать на работу детей моложе девяти лет. К сожалению, этот закон часто обходили не фабриканты, а сами родители.