Предполагая (как вскоре оказалось, совершенно справедливо), что противник может высадить десант, адмирал для его отражения сформировал три отряда из солдат, матросов с «Авроры» и местных ополченцев, главным образом охотников на крупного зверя – а это был народ твердый и абсолютно не сентиментальный. Так что, когда появилась англо-французская эскадра под командованием британского контр-адмирала Прайса (французский контр-адмирал де Пуант играл роль подчиненного), к встрече все было готово.

Началось все с артиллерийской дуэли между кораблями и береговыми батареями.

А ночью, когда все до утра затихло, контр-адмирал Прайс применил уникальный в военной истории метод – взял и застрелился у себя в каюте. Причины – совершеннейшая загадка. Военные действия только что начались, предсказать их исход было решительно невозможно, так что никакого «позора поражения» Прайс испытывать не мог. Словом, полный туман. Как напишет позже в одном из своих романов Михаил Анчаров (правда, о другом времени, другой ситуации и другом человеке), «наверное, у него для этого были серьезные причины»…

Никакого замешательства на эскадре самоубийство командира не вызвало.

Командовать просто-напросто стал кто-то другой (мне лень было копать слишком глубоко и выяснять, кто именно, да и читателю, думаю, это будет неинтересно). Через несколько дней, на время подавив русские батареи, интервенты, как и предвидел Завойко, высадили десант.

Подробно описывать долгий и кровавый бой я не буду. Скажу лишь, что в десанте было семьсот человек, а в противостоящем ему русском отряде – двести. И тем не менее, несмотря на более чем трехкратное превосходство противника, наши сбили интервентов с высот Николиной горы, куда они успели продвинуться и, пойдя в рукопашную, погнали к береговой кромке – кто штыком, кто попросту ядреным мужицким кулаком.

Разгром был сокрушительным, бегство – паническим. Срочно принимавшие английских и французских морских пехотинцев транспортные суда попали под ружейный огонь с ближайших высот и припустили прочь от берега, не успев забрать всех. Те, кто опоздал, бросались в воду, пытаясь догнать свои суда вплавь, но гибли под пулями тех же стрелков. Потери убитыми у англичан и французов – примерно 450 человек. Русских – 31 человек (и еще один позже скончался от ран).

Интервентам хватило одного урока – их эскадра убралась восвояси, не пытаясь взять реванш. Есть недоказуемая, но интересная версия, что Прайс умел предвидеть будущее и увидел именно такой финал, потому и застрелился…

На Дальнем Востоке и в прилегающих морях англичане (иногда в компании с французами) тоже порезвились, но все их действия были направлены исключительно против владевшей тогда Аляской Русско-Американской Компании (РАК).