Ужин был великолепен (“ле манифиг”), вот только не хватало салата из креветок (“креветтез, а ля майонез”). И супа из спаржи (“суп а эспергейз”).

Самая симпатичная гурманка из тех, кого я когда-либо знала.

А Аника все продолжала рассказывать о себе и о своем муже. Ле манифиг, ле манифиг, ле манифиг. “Я всьегда зналь, что мари… как это есть? Вийду замуж за рюс… Русского, ви?..”

Аника действительно была обворожительной, даже неуклюжий комбинезон шел ей и три теплых свитера, натянутых друг на друга. Мы расстались почти друзьями, и на прощанье Аника подарила мне крошечный брелок в виде слоника из сандалового дерева (“Ми биль в Таиланде, этот элефант ми купиль там!”) и пообещала научить игре в бридж. Так что утомительные двое суток перехода можно провести со вполне ощутимой пользой. Бридж и разгадывание чужой грязной тайны (не забыть об одиннадцати часах, не забыть и подняться на палубу) – чем не отличное времяпрепровождение?..

Через полчаса в бильярдной остались только мужчины призывного возраста, из тех, кто так или иначе хотел заполучить секс-бомбу Клио. Дрогнули только Борис Иванович с Мухой (им было чем заняться помимо певички) и привыкший к жесткому спортивному распорядку хоккеист Мещеряков. Все остальные наперебой распускали перья и старались подать себя в лучшем виде. Но Клио была цинично-нейтральна и никого из свиты не выделяла.

Или пока не выделяла.

Да, мужички, придется вам попотеть, чтобы заслужить благосклонность этой стервы. Или вырвать у нее поцелуй где-нибудь между радиорубкой и машинным отделением.

От душных мужских ухаживаний, призванных заарканить эффектную самку Клио, поскучнела даже я. Только мысль о шантажисте-старпоме и его таинственном спутнике удерживала меня в бильярдной: нужно выждать, пока кто-нибудь из наиболее вероятных претендентов на должность преступника-хамелеона не покинет бильярдную.

Обитатели пассажирских кают “Эскалибура” в общем и целом понравились мне. Или, скажем так, они были мне любопытны. Все или почти все, за исключением двух братков (по причине полной криминализации их носогубных складок), губернатора Николая Ивановича и либерала Арсена Лаккая (их излишняя политизированность была мне глубоко чужда) Клио я отнесла к стихийному бедствию и потому решила ее не замечать, живут же люди в сейсмически опасных районах! Карпик и Муха – забавные милые зверюшки, отец Карпика – милый человек, спутник Мухи – милый человек. Аника – откровенная милашка, и ее ломаный русский призван утеплить суровый корабельный сюжет, как же иначе. Ее муж хотя и немного сладковат (шоколадный король, иначе и быть не может, издержки профессии), но тоже вполне мил.