Да и похоже его вообще не предупредили обо мне. Но сейчас, пока я ходил с Лагушкиным, он наверняка сбегал до начальства и узнал, в каком я качестве здесь оказался.

— Понимаю, — кивнул я в ответ. — Покажите его дело?

— Да, конечно.

Ознакомившись с материалами, я сделал себе в тетрадь несколько пометок, что не осталось без внимания следователя. Но никак комментировать это он не стал. После чего мы попрощались, договорившись, что я буду присутствовать на допросе и других фигурантов дела, да и вердикт по Смолину чтобы без меня не выносили, и я покинул столь «приятное» заведение.

Вернувшись домой, я испытал облегчение. Атмосфера тюрьмы и допроса навевала безысходность и тоску. Пусть я там и как наблюдатель, а все равно — ощущения самые мерзкие остались.

Вечером пришла Женя. Нахохлившаяся и недовольная. И с порога «наехала» на меня.

— Зачем ты даешь мне задание, с которым я не могу справиться?

Я аж рот открыл от удивления. Что там справляться-то? Я искренне думал, что добыть мне телефон для нее было в разы сложнее, чем провести простую проверку, как выполняется погрузка-разгрузка. О чем ее и спросил.

— Да меня туда даже не пустили! — возмущению Жени не было предела. — Сказали: а кто ты девочка? А что я им отвечу? Что твоя помощница? Так от меня тут же бумагу потребовали! Естественно, что предъявить я им ничего не смогла. Только опозорилась!

Мне ответить на это было нечего. И правда, почему я не подумал, что Женю могут попросить предъявить документ, что она имеет право там вообще находиться? Меня вот подобными корочками снабдили по самое «не балуй». Даже вот, не забыли новое удостоверение выдать для новой задачи. И что мне теперь делать? С таким же вопросом на лице на меня смотрела Женя. Пора мне определиться — послать ее окончательно, или все же довериться чуть больше.

Глава 3

Октябрь — начало ноября 1930 года

— Ну чего молчишь? — не выдержала девушка. — Какой ты руководитель, если даже о такой мелочи подумать не можешь?

Я же в этот момент как раз размышлял, как мне организовать для Жени допуск. Но стоило мне услышать ее тон и слова, как все желание и дальше работать с девушкой у меня пропало. Уже не первый «звоночек» для меня, что с ней работать не стоит.

— Такой, которому не нужна столь дерзкая и наглая подчиненная, — огрызнулся я в ответ. — Спасибо, больше твоя помощь не требуется."

"— Что? — не поверила Васюрина. — Но у нас же договор!

— О чем?

— Я выполняю твое «невыполнимое» задание, а ты в ответ даешь мне возможность проявить себя. Я свою часть честно выполнила!

— И тебя упомянули в популярном журнале, как соавтора статьи, — заметил я. — Но это не дает тебе права разговаривать со мной в таком тоне.

— Ну прости, — тут же сменила она свое поведение. — Этого больше не повторится.