— Кхе, — мужчина согнулся пополам, ловя ртом воздух.

Да, пусть я еще полностью не восстановился, но это если сравнить с той формой, что у меня была до покушения. А сейчас я уже вполне нормально двигаюсь, а уж удар мне в «Динамо» поставили правильный.

— Это чтобы запомнили — прежде чем посылать кого-то на допрос, соберите всю информацию по подозреваемому. Особенно, если он член семьи вашего подопечного, — процедил я.

— Я… запомню, — продышавшись, ответил мне Лаврентий Павлович и недобрым взглядом зыркнул на Марата.

Парень тут же сделал вид, что он статуя и деталь интерьера.

— Показывайте ваших «виноватых», — отошел я от Берии и принялся одеваться. — По пути заодно расскажите, кто это и как на них вышли.

Спорить тот не стал, но смотрел на меня теперь не спокойно, а с неприязнью.

— Вообще, я могу вам ничего и не говорить, вы мне не начальник, — начал он, когда мы покинули палату. Но наткнувшись на мой взбешенный взгляд, продолжил. — Однако учитывая, что я все же косвенно виновен в том, что произошло с вашей женой, я отступлю от регламента. Сведения совершенно секретные, имейте это в виду.

Я молча кивнул. На выходе нас остановили — меня еще не выписали, и покидать госпиталь мне было запрещено. Собственно, как я понял, мы никуда и не поедем, просто Лаврентий Павлович захотел мне все рассказать на свежем воздухе, чтобы никто подслушать не мог. Так и сказал дежурной медсестре, что мы просто прогуляемся по территории. Это было не запрещено, и вопросов у нее больше не было.

— Информация о вашей поездке ушла от Алексея Михайловича, — начал меня просвещать Берия. И с первых слов он смог меня шокировать.

— Но ведь он сам подставился. Он погиб в том взрыве! Это ваши слова.

— Это так, — кивнул мужчина. — Поэтому мы и не проверяли его окружение. Вот только после разговора с вами, я понял, что как раз этот момент и не был нами проверен. Но то, что информация о маршруте ушла от вашего бывшего водителя, еще не значит, что он был в курсе. Человеческий фактор — многие любят поговорить и поделиться о том, что у них в жизни происходит. Вот и товарищ Терентьев поделился со своим коллегой, что хочет пригласить вас на свой день рождения. И когда он это сделает, тоже рассказал.

— И что это за коллега? А главное, зачем ему покушаться на меня?"

"— Не перебивайте и все узнаете, — покачал головой Берия. — Коллега — бывший сотрудник транспортной службы Кремля. Сам он ни при чем, только и виноват, что болтать любит. Он и рассказал своему брату, что кроме него на день рождении Терентьева возможно будешь приглашен ты. А вот уже брат того гражданина и причастен к покушению.

На этот раз я перебивать не стал, хотя очень хотелось. Зачем кому-то вообще меня убивать? В чем мотив?

— Гражданин Орлов был членом Коминтерна.