Ты никогда не сможешь измениться!
— П-прости меня! — ревела та.
— Нет уж, дорогая женушка, у нас контракт. Теперь ты должна мне миллион!
— Что? Боже, у меня нет таких денег! — спохватилась Аманда.
— Так, это все печально, конечно, но я пожалуй пойду! Вы уж тут сами разбирайтесь! — мне даже не было жалко Аманду, но и быть здесь, мне уже не хотелось.
— Нет! Останься! — рявкнул Кристофер.
— У меня нет миллиона, даже если я продам дом, машину и все, что у меня есть, все равно не хватит.
— Это уже твои проблемы, Аманда, где ты возьмешь деньги.
— Ну правда, я пойду! — все же хотела уйти я, но тут Аманда подбежала ко мне и схватила меня за руку.
— Лили, у тебя жених богатый, я видела в каком костюме он пришел, попроси у него денег! Ты должна мне помочь! — прямо-таки умоляла она.
— Во-первых, я тебе ничего не должна, а, во-вторых, даже не смей говорить о Максе. Ты получила по заслугам, выкручивайся сама. Вы оба стоите друг друга. Да будет тебе известно, что твой муженек предлагал купить меня! Как это низко. Вы оба циничные и заслужили такой участи! — распылялась я, глаза Аманды расширились, она отпустила мою руку, затем встала и подошла к Кристоферу.
— Тогда купи Лили сейчас!
— Что? — я сейчас ослышалась?
— Я опекун Лили до двадцать одного года, я предлагаю тебе её купить!
— Я даже не буду этого слушать! - я разворачиваюсь и иду прочь из ресторана, но на выходе меня останавливает охрана Кристофера. Этих троих я помню еще с прошлого раза, когда Кристофер нес меня на плече в машину. Один из них достал телефон и отошел в сторонку, пока остальные преграждали мне путь.
— Сейчас же пропустите меня! — я топнула от злости ногой."
"— Простите, мисс, у нас приказ, не выпускать вас! — это сказал тот громила, который разговаривал, видимо, с Кристофером.
— Почему меня не отпускают? Я хочу уйти! — заговорила я первой, Кристофер развернулся ко мне лицом и устало плюхнулся на диван, ослабил галстук и расстегнул пару пуговиц на рубашке, смотрелось, конечно, соблазнительно, но что-то я не о том думаю.
— Кристофер! — я еще раз обратилась к брюнету, и он посмотрел на меня.
— Теперь я твой опекун, пока тебе не исполнится двадцать один год.


















Комментарии
Добавить комментарий