Мое горе забрало все силы и я просто выключилась.

***

Боль, резкая и сильная.

Моя рука пылала огнем оглушающей боли. Подняв голову, я взглянула на нее и обмерла. Весь стол оказался залит моей кровью, она капала на пол, образовывая там небольшую лужицу. Предплечье левой руки было сильно изрезано. Рваные края безобразно взбухли, обнажая мышцы, кровь стекала тонким ручейком с каждого пореза.

О том кто это со мной сотворил, догадываться не пришлось — в моей правой руке был зажат кусок острого стекла экрана, перепачканного густой кровью. В ужасе я откинула его в сторону и зажала рану рукою. Вернее попробовала зажать, но порезов было так много и что это мне не удалось. Одна мысль билась в голове: «Дойти в мед отсек, к Нуму».

Меня мутило от вида собственной крови, в глазах темнело от ее потери. Красными скользкими липкими пальцами я разблокировала дверь и вышла в коридор. Идти было сложно. Зажимая хоть часть порезов я, прислонившись плечом к стене и опираясь на нее, шатаясь на дрожащих ногах, продвигалась вперед. Свой браслет я оставила в каюте, поэтому вызвать кого-то по аркору не могла. Зачем я, вообще, его с руки снимала.

Шаг еще шаг, взглянув на пол, я увидела, что за мной остается не просто редкие капельки, а целые мелкие лужицы темной густой красной жидкости. Так много. Голова становилась невыносимо тяжелой. Я стремительно слабела и ничего не могла сделать, чтобы помочь себе, оставалось только идти вперед. Внезапно сзади меня кто-то подхватил и поднял на руки.

— Астра, крошечка моя, потерпи, потерпи девочка, — испуганные нотки в голосе Кирроси я слышала впервые.

Неужели все так плохо. Меня накрывала тьма. Я пыталась схватиться здоровой рукой за рубашку своего спасителя, но не могла сжать пальцы, не хватало сил. Только выпачкала его красивую одежду.

— Прости, я замарала тебя — выдохнула я, пытаясь сосредоточить внимание хоть на чем-то.

Но в голове клубился туман, и нарастало какое-то раздражающее гудение. Пальцы рук и ног занемели от странного холода. Меня била мелкая дрожь. А еще боль прошла, я перестала ее чувствовать. На все происходящее я смотрела словно со стороны. Вот меня занесли в медблок. Подбежал доктор дар Орш Соод с неизменно ледяным выражением лица. Какое-то шипение и внезапная вспышка боли, которая была настолько резкой и всепоглощающей что я, наконец, лишилась сознания.

***

Пришла в себя я в каюте Лэксара. Ее хозяин обнаружился тут же на кровати. Только вот вид у него какой-то сердитый и одновременно помятый и неопрятный. Расстегнутая на все застежки серая рубашка, мокрая и в кровяных пятнах. Брюки также измяты и перепачканы. А я вот наоборот чистая и, кажется, обнаженная лежу под теплым одеялом. Виду, что очнулась, старалась не подавать, но он каким-то образом узнал об этом.