Повышенные тона, обвинения и все такое…

— И что, были какие-то угрозы со стороны Ольги Михайловны мужу? — не вытерпев, поинтересовался Лев Иванович.

— Нет, угроз они не слышали, — честно ответил Пятаков и положил в рот оставшуюся половинку конфеты.

Его пальцы были испачканы шоколадом, и он оглянулся в поисках салфетки. Маша, зорко следившая за всеми его действиями, тотчас же подала ему влажную салфетку.

— М-да, спасибо, — кивнул Пятаков. — Угроз не было. Но ведь мы с вами, — он посмотрел на Гурова, — и так знаем, что не обязательно угрожать кому-то, прежде чем… Кхм. Давайте сделаем так. — Оперативник немного помолчал и, по всей видимости, пришел к какому-то решению. — Давайте сделаем так. Вы, Ольга Михайловна, сейчас проедете с нами в отделение, и мы с вами еще раз подробно и под протокол обо всем поговорим. А вот что с вами будет дальше, буду решать уже не я, а следователь. И, может быть, даже суд.

— Суд? — Глаза Ольги вдруг стали такими большими, что Лев Иванович подумал, что таких больших глаз он еще ни у кого не видел. — Но как же! Почему суд?! Ведь я не виновата. Лев Иванович, Маша, что же мне делать-то?..

Кирьянова встала с кресла, а потом, словно надломленная, тяжким грузом упала в него снова, и разрыдалась так горестно и безнадежно, что даже Пятаков поморщился. Но не оттого, что ему было неприятно слушать рыдания женщины, как он потом уже, много позже, объяснил Гурову, а потому, что он хотя и привык за время своей службы к подобным сценам, но всегда воспринимал их слишком уж близко к сердцу. Особенно если чувствовал искренность в слезах невольных подозреваемых.

— Оля, не плачь, — обняла Кирьянову за плечи Мария и строго, даже с упреком, посмотрела на Пятакова. — Тебя еще никто ни в чем не обвиняет. Все образуется. Проведут экспертизу, которая докажет твою невиновность. Ты ведь не брала этот пистолет в руки?"

"— Нет, я только увидела его в сумочке и сразу же ее отбросила, — всхлипывая, ответила Ольга и вытерла нос салфеткой, которую ей протянула Мария.

— Ну, вот видишь, все будет нормально.

Пятаков встал, давая понять, что он должен идти, а заодно и увести Кирьянову.

— Лев Иванович, пожалуйста, — вцепилась в руку Гурова Ольга, — помогите мне! Найдите того, кто убил Женю!

— Ольга Михайловна, я так думаю, что местные оперативники обязательно его найдут, — озадаченно нахмурившись и посмотрев на Пятакова, проговорил Гуров. — Я как бы неофициально тут и не имею права вмешиваться…

— Да-да, Оленька, мы обязательно сделаем все, что в наших силах. — Мария глянула на мужа жгучим взглядом, а потом перевела его на Пятакова. — Илья Ильич, ведь можно сделать так, чтобы мы, вернее, Лев Иванович, немного помог вам? Нет, я не хочу умалять ваших способностей, но…

— Кхм.