Конечно, и среди них есть шедевры, но все же они создаются куда как легче, чем эпохальные романы.

— Понимаю, — кивнул Лев Иванович.

— Вот, — откликнулась Ольга. — И чтобы выбиться в настоящие писатели, произведения которых критики, а не только читатели, воспринимают серьезно, нужен другой подход и к написанию, и к продвижению своего творения. И выйти на высокий литературный уровень можно, только если создашь оригинальный и профессиональный в смысле литературного построения сюжет, лучше всего роман или серию повестей. Ну, и хорошо, если у тебя есть, кому продвинуть эту книгу — хорошая реклама, плюс редактура и популярное издательство.

— Вы хотите сказать, что Леонидов хотел попробовать сам написать нечто похожее на ваш роман и выйти с ним на литературный Парнас, так сказать?

— Да. Скорее всего, именно так. После того как он решил на время уйти от научного проекта и стать достойным внимания писателем, ему с его гордыней было бы сложно вернуться обратно на свое рабочее место, потерпев фиаско. Я точно знаю, что он после моего ухода пытался договориться с одним крупным издательством, которое заказало ему роман.

Вот только я не знаю, на какую тему. Если честно, после того как мне не удалось уговорить его отдать мне Сашу, я практически не общалась с ним.

— А с сыном?

Ольга болезненно поморщилась. По всей видимости, этот вопрос напомнил ей о прошлом куда сильнее, чем расспросы об ее отношениях с бывшим мужем.

— С Сашей я пыталась наладить отношения, — нехотя ответила она. — Но он… Он очень на меня был обижен и не хотел со мной даже встречаться, а не то что жить под общей крышей со мной и моим вторым мужем. Но я все равно пыталась его уговорить.

Я приходила к нему на праздники и на день его рождения, приносила подарки, звонила ему…

Она помолчала, справляясь с эмоциями, и продолжила через некоторое время:

— Леонидов, после того как узнал, что рукопись у него пропала, и думая, что это я украла ее, и вовсе настроил Сашу против меня. Он запретил ему со мной видеться, старался отправить Сашу на каникулах то в лагерь, то в какой-нибудь санаторий, и не говорил мне, где он. Я подавала в суд, но он игнорировал все судебные предписания. Таким образом он наказывал меня.

— Говорят, что Евгений Петрович тоже был против того, чтобы Саша жил с вами, — вспомнил Лев Иванович слова Светланы Гордиенко.

— Поначалу Женя не был против, — покачала головой Ольга. — Но потом произошел один случай… Это было уже после смерти Владислава. Саша был у нас и повел себя очень некрасиво по отношению и ко мне, и к Евгению Петровичу. Я не буду рассказывать неприятные для меня подробности. Но после этого случая Женя категорически отказался от мысли, что Саша мог бы жить с нами.