Лицо у этой самой Саши дрогнуло и… закаменело:

– Да. На диете. Худеет перед соревнованиями. Чтоб легче через барьер прыгать.

Я обиделась. Мой папа умный, у него очень много денег. Тетю Асю я пока знаю плохо, она раньше в другом городе жила, а к нам после развода переехала, но она папина сестра, у них одни и те же мама с папой. Значит, тетя Ася не может быть полной дурой, и нечего на это намекать!

– Мы, женщины, и без того вечно на диетах сидим, а тут еще и спорт! – тетя Ася грустно поглядела на батончик. – Ой, а я знаю, что всем спортсменам можно! – Тетя Ася быстро-быстро зашарила у себя в сумке и вытащила… толстенькую, розовенькую, блестященькую… сосиску. И сунула ее лошади.

Все, facepalm! Бабушка с дедушкой не говорили, что тетя Ася подкидыш!

– Чего вы на меня так смотрите? – тиская сосиску в кулаке, тетя Ася огляделась.

– Восторгаемся твоими знаниями биологии, – чуть подрагивающим голосом сказала тетя Наташа, мамина университетская подруга и сейчас какой-то там ученый, в общем, ничем серьезным не занимается, даже непонятно, откуда у нее деньги.

– От мяса мышечная масса растет! Я знаю, я тоже спортом занималась! – тетя Ася взмахнула сосиской.

Лошадка кокетливо выглянула в окошко на дверце своей комнатки в конюшне, повела глазками – о, этот божественный взгляд! – пошевелила своим милым носиком… ухватила сосиску зубками… и потащила из рук тети Аси!

Саша икнула.

– А я говорила! – в один голос закричали тетя Ася и тетя Наташа.

– …что такие большие животные, как лошади, обязательно должны есть мясо!

– …что в этих сосисках одна сплошная соя – считай, растительный продукт!

Мама поглядела на тетю Наташу укоризненно: сосиски эти делает мой папа. Не сам, конечно, он их хозяин. Нет, не сосисок. Завода, где их делают.

Лошадка зажала сосиску в зубах и ушла обратно в свой домик.

– Вы… это… в следующий раз, если лошади что-то даете… давайте на открытой ладони… а то она пальцы зубами прихватить может, – слабеющим голосом выдохнула Саша.

– Совсем? Целиком? – тетя Ася с ужасом посмотрела сперва на лошадку, потом на свои пальцы, будто подсчитывая, все ли на месте.

– Ну сосиску ж взяла… – пряча глаза, пробормотала Саша.

– Она такая! Ми-ми-ми! – Настя, дочка тети Наташи и моя подружка, зажмурилась от лошадкиной мимишности. И твердо добавила: – Такая няшка ничего плохого не сделает.

– Копытом в грудь – конечно ничего плохого, – протянула Саша. – Это ла-ашатки так играют. Вроде как кошечки царапаются.

Мама и тетя Наташа тревожно переглянулись. Сейчас они как за нас испугаются, как не разрешат на лошадку сесть… Я поняла, что не люблю девочку Сашу.

– Осмотрелись? – здешняя завуч шла по проходу, и каждая лошадка выглядывала из своей комнатки, чтоб ее погладили.