Лукас все еще стоял рядом, молча разглядывал мужчину с помятым лицом и синяком под глазом. Интересно, кто это к нему так приложился, дружки? Или была польза от офицера Робертса? Ему все это очень не нравилось, ведь они с Шоном предлагали увезти Кэндис в другое место, но эта упрямая девчонка сказала, что поедет домой.

Она утром устроила целый скандал, что им, двоим мужикам, пришлось смириться. Эта девочка умеет не только разжигать в них огонь страсти, но и вызывать бурю нежности, заботы, а еще иногда просто выводить из себя, как это случилось с Шоном.

— Через полчаса выезжаем, собирайтесь, я уведу коней, и выдвигаемся.

Завезем Кэндис в гостевой домик, и на ферму.

Шон говорил голосом, не принимающим возражений. Кэндис впилась в него взглядом и сузила глаза.

— Это почему вы должны везти меня в гостевой домик?

— Потому что там безопасно.

— Кто сказал, что там безопасно?

— Потому что мы будем там. С нами тебе безопасней.

— А когда вас не будет рядом, мне что, сидеть в комнате, закрытой на ключ? Потому что так безопасней? Или, может, уж сразу посадить меня на цепь или на поводок и водить везде за собой?

Шон сжал челюсть и смерил взглядом этумаленькую, но такую дерзкую девчонку.

Она стояла все в том же голубом свободном платье, с распущенными волосами, что мягкими волнами спускались почти до талии, в ковбойских сапогах, и метала в него молнии гнева. Он улыбнулся.

— Что смешного я спросила?

— Ничего. Ты едешь в гостевой домик, это не обсуждается, — он уже развернулся, готовый уходить.

— Как это не обсуждается. Лукас? Что значит, не обсуждается?

— Конфетка, там реально будет безопаснее. Хотя, даже не знаю.

Он посмотрел на брата, тот прекрасно понял, что Лукас имеет в виду.

В любое время может нагрянуть мать или кто-то с фермы, донести о присутствии девушки. Но ему было все равно, пусть доносят, приходят, ему надо обезопасить девушку. Они не должны допустить, чтобы с ней повторилось нечто подобное, что уже было. А ее дом — это не дом, а рассадник алкашни и дружков ее отчима. С ним тоже надо поговорить.

— А давайте я сама буду решать, где мне безопасней.

Кэндис тряхнула головой и пристально посмотрела на братьев, стоящих перед ней. Она не станет терпеть, чтобы ее жизнью распоряжались, как это было всегда.

— У меня есть свой дом, я буду жить там, а не в каких-то гостевых домиках вашей семьи.

— Кэндис, не выводи меня, — Шон смотрел исподлобья, хмуря брови.

— А то что?

— Я отшлепаю тебя, как непослушную девчонку, так, что сесть не сможешь.

Кэндис замерла, отступила на шаг назад, посмотрела на Лукаса. Представляя, как это будет выглядеть. Она, с обнаженными ягодицами, на коленях у Шона, даже мурашки побежали по спине. Ей и так хватило тех синяков, что они оба оставили на ее теле после озера и совершенно безумной ночи.