А у нас с тем бардак не меньший. Монета ходит всякая. И новая, и старая, и обрезанная, и фальшивая. Притом в таких номиналах, что ни для частной, розничной торговли не годна, ни для больших сделок купеческих.

— Сие верно. — покивал царь.

Монетная реформа мал-мало им продвигалась. Создавались монетные дворы[22]. Шла попытка наладить выпуск новых монет, как медных, так и с крупными номиналами. Но пока ни шатко, ни валко. Да и с Исааком Ньютоном Петр был и знаком лично, пытаясь в Англии вникнуть в монетное дело, и в переписке находился. Так что выходка сына не могла пройти мимо него никак.

Что же до денег, то маленькие, разрозненные, плохо организованные и слабо оснащенные монеты дворы, имеющиеся к 1700 году и вводимые Петром далее, не могли обеспечить растущей необходимости казны в монетном производстве. Да еще и издержек имели немало. По сути своей они являлись мастерскими.

Петр об этой проблеме знал, но поделать ничего не мог.

Исаак, конечно, ему показывал Английский монетный двор. И кое-что рассказывал. Но в те годы, когда тот сам находился в таком же плачевном состоянии и страдал от бессилия перед масштабными задачами.

Обновленный и усовершенствованный же двор, способный буквально за год-полтора переработать почти все ходовые монеты в Англии, Петр не видел. Только слышал о нем. От чего и не возмущался поступком сына. Он и сам несколько раз приглашал Исаака, но получал раз за разом отказ. Тому и в Англии было неплохо.

— Видишь? — сказал он английскому посланнику. — И сын мой ценит вашего Ньютона. Голова! А вы его в черном теле держите. Вот ей-ей — перекуплю. Эх… мне бы таких людей…

— Я передам королю ваше похвальбу его верным слугам, — доброжелательно улыбнувшись, ответил посланник.

— Есть чем удивить гостей? Али опыты пока ничего нового не принесли? — спросил Петр у сына.

— Удивить можно. Только дело сырое. Прошу за мной…

Вся делегация проследовала за царевичем.

Несколько комнат.

И вот — опытная мастерская для проведения физических опытов. Считай плохо устроенная лаборатория.

— Прошу никого ничего руками не трогать и следить, чтобы одежда и прочие выступающие части костюма ничего не задевали. Это может быть опасно. — громко и отчетливо произнес царевич.

 — Яков Вилимович, мне понадобится ваша помощь.

— Да, пожалуйста, — произнес, выходя в перед, произнес Брюс.

— Покрутите эту ручку, пожалуйста. Со всей страстью.

Он пожал плечами скосившись на царя. Тот кивнул. И пройдя к указанному ему агрегату стал крутить ручку.

— Быстрее. — скомандовал царевич.

— Так я быстро кручу.

— Еще быстрее. Вложите всего себя! — гаркнул Алексей.

Брюс постарался.

И тут произошло то, от чего все присутствующие присели или как минимум отшатнулись. Молния.